I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
26 декабря. Поэт о поэте
I am
vazart
по стихам нашего времени.

                          Памяти поэта Павла Васильева

Мех на ваших плечах, дорогая, немыми устами
Прикоснусь я к нему – на губах, словно дым, завиток...
Вы не смеете знать, как пластали овцу в Казахстане,
Из утробы её вырезая предмет этих строк.

Нет! Не ждите дешёвки! Описывать в красках не буду
Убиение агнца, ещё не рождённого в мир...
Распинали Христа, и сейчас – кто из нас не Иуда,
Из предателей жизни — служителей скрипок и лир?!

Слишком груб для утонченной моды обычный каракуль,
И додумались люди прохладным умом палача,
Чтоб приехать вам в оперу было бы в чём на спектакль,
С материнского плода сдирается ка-ра-куль-ча!

Трижды прокляты будьте! Свящённо тут матерно слово!
Ах, его не пропустит цензура, печатная блядь!..
«Убивают на бойне животных и что тут такого?» –
По какому же праву фашистов тогда оскорблять?!

Из младенческой кожи не нравятся нам абажуры!
«Эти зверства неслыханны!» О, запахните манто!
Я вспорю тебе брюхо, бесстыжая, жадная дура!
И пускай убивают меня, как овцу, ни за что!

Как поэта Васильева в тридцать-ежовом убили...
Чью же шкуру украсил тот сорванный с гения скальп?
...Я стихов не пишу. Я заведую лавкой утиля...
Вся земля прогнила: от глубин преисподней до Альп!

Не хочу вспоминать искупительных возгласов Бога,
Как каракуль распятого на крестовине креста...
Я – убогий писака, простите меня ради Бога
И последним лобзаньем мои помяните уста.

26 декабря 1970, «Каракульча», Николай Шатров.

                       


                                                       Друг человечества…
                                                                           Пушкин

А и слава, и смерть ходят по свету в разных обличьях.
Тяжело умирать двадцати пяти от роду лет.
Заступитесь за Надсона, девять крылатых сестричек,
подтвердите в веках, что он был настоящий поэт.
Он не тратил свой дар на безделки — пустышки мирские,
отзываясь душой лишь на то, что важнее всего,
в двадцать лет своих стал самым нужным певцом у России,
вся Россия в слезах провожала в могилу его.
Я там был, я там был, на могиле его в Ленинграде…
О, верни его, Родина, в твой героический круг,
возлюби его вновь и прости, и прости, Бога ради,
то, что не был пророком, а был человечества друг.
Я люблю его стих и с судом знатоков не согласен.
Заступись за него, галилейская девочка-Мать:
он, как сын твой Исус, так мучительно юн и прекрасен,
а что дар не дозрел — так ведь было ж всего двадцать пять.
Ведь не ждать же ему, не таить же врученный светильник,
вот за это за все и за то, что по паспорту жид,
я держу его имя в своих заповедных святынях
и храню от обид, как хранить его всем надлежит.

 1984, Борис Чиибабин, «За Надсона».

Примечание: 26 декабря по новому стилю отмечается день рождения Семена Надсона.


Пусто в доме — ни гроша, ни души.
Спит на вешалке забытый шушун.
Даже ветошь тишины не шуршит,
Лишь под ванной подозрительный шум.

То ли спьяну там застрял домовой –
Подвывал в трубе часов до пяти!
То ли слесарь не дружил с головой,
Взял, и вентиль не туда прикрутил.

Вот и все. И только плесень тоски,
Да предчувствий нехороших игла.
И картошка закатила глазки,
На хозяина взглянув из угла.

Но ему-то что, гляди – не гляди,
Позабыв, что быт сермяжен и гол,
Ковыряется у века в груди,
Подбирая колокольный глагол.

И пульсирует, как жилка, строка,
Каждый звук яснее капли росы…
И плевать, что подошло к сорока,
Если Бог кладет слова на язык.

Вместо штор на окнах лунный неон –
По стеклу небесной слезкой течет.
Пусто в доме. Только вечность и он.
И стихи. Все остальное не в счет.


26 декабря 2007 года, «В доме у поэта»,
Игорь Царев

?

Log in

No account? Create an account