Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Быков в Новой. Невидимое

Невидимость — тенденция момента. Мне обозначить хочется ее. Все главное сегодня незаметно, все видимое — глупость и вранье. Вот, например, уже к исходу лета, благодаря российскому уму, появится незримая ракета, тем видная, положено кому. Быстра и обтекаема, как выдра, она наносит ядерный удар. Она, конечно, есть, но им не видно. Ее не видит ни один радар. Чтоб не прознали те, кому не нужно, чтоб панику посеять в их среде, — у нас полно незримого оружья, секретного. Оно везде, везде. Летит ракета, внятно намекая, в головке правду русскую неся. Какую правду? Ну, она такая. Незримая она такая вся. Для Запада она, конечно, ересь, но Запад — гей, а НАТО — идиот. Ее нельзя проверить. Только верить. Но если жахнет, то до вас дойдет. Вы безрассудно с нами перегрызлись, задумали бессмысленную месть, — у вас теперь за это страшный кризис. Его не видно, да, но кризис есть. В Америке везде его приметы, он всех задел — и взрослых, и ребят. Незримые крылатые ракеты со временем его усугубят.

У нас зато подъем, гордясь которым, в прославленном радушии своем, мы собираем Петербургский форум. Кто съездил — все увидели подъем. Как наводненье в Северной столице, уже текут, стараясь в окна влезть, потоки иностранных инвестиций. Невидимых. Но их, конечно, есть! Уже узнали все, кто мыслит просто, не верит байкам, не хватает звезд, что санкции для нас — предлог для роста. Кто патриот, тот видит этот рост. И мальчуган, напуганный ракетой, — просроченные сказки он отверг, — кричит на всех углах: «Король одетый!» Растешь, пацан, отправишься в «Артек».

Те, кто давно убежища просили, кто трижды совесть продали и честь, — уже кричат, что будто нет России. А что же есть? Как раз она и есть! Наследница Византия и Рима, духовная, блаженная страна, она сейчас припрятана, незрима, неслышима. Но где-то есть она. Не может быть, что этот край распила, сплошной ботвы и пафосной братвы, — что это все действительно Россия, вокруг неузнаваемой Москвы, лежащая бессильным осьминогом. Не может быть, что мир навек поблек. Есть та Россия, о которой Гоголь, и та Россия, о которой Блок, — шестая часть испуганного света, живой урок другим его частям. Она пока незрима, как ракета, но прилетит — и это все к чертям! Останутся река, да лес, да пашня, да ветреное в кронах шу-шу-шу.

Вот я пишу — и как-то даже страшно. Вопрос: зачем я это все пишу? Когда идут последние парады к последнему владыке на прием — пора писать незримые баллады: пустой листок без подписи на нем, и каждый будет думать: «Автор — гений!» — зане творец и должен быть незрим, — и заполнять, по мере разумений, пустоты содержанием своим. Читатель! Ты всегда поймешь поэта. Перед тобой газетная фигня. Я создан для великого, а это — лишь вялый экзерсис на темы дня. Зато внутри — крылатая ракета. Она спасет Россию и меня.

Tags: 2015, 21, 21 июня, Дмитрий Быков, Новая газета, июнь, стихи поэтического обозревателя
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments