Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

2 марта. Письма чуждых детей

Были у Матери четыре сына и дочь. В детстве она их любила, а потом вышла за другого и перестала любить. Дети обиделись, конечно. Три сына и дочка в сердцах покинули ее, но тосковали жутко, а дочь даже вернулась потом и помириться пыталась. У сына, что с родительницей остался, принять ее новую жизнь тоже не получилось, всё он спорил с ней, как Гамлет. Матери это надоело, и она его убила. Чуть позже дочка с горя сама на себя руки наложила. Сыновья, которые отчий дом покинули, своей смертью умерли. Средний из них тихо увял на чужбине, а двум другим повезло больше: младший прижился, на чужом языке изъяснялся и знаменитым на весь мир стал, а старший - писать продолжил на родном, но признание мировое, премию всё же получил.

Начну с письма самого старшего сына, написанного еще до размолвки:

Среди кривых стволов, среди ветвей корявых
Ползет молочный дым: окуривают сад.
Все яблони в цвету - и вот, в зеленых травах,
Огни, как языки, краснеют и дрожат.

Бесцветный запад чист - жди к полночи мороза.
И соловьи всю ночь поют из теплых гнезд
В дурмане голубом дымящего навоза,
В серебряной пыли туманно-ярких звезд.


2.III.1913, Иван Бунин, «Холодная весна».


А вот, что второй по старшинству сын во второй день весны писал:

Не матерью, но тульскою крестьянкой
Еленой Кузиной я выкормлен. Она
Свивальники мне грела над лежанкой,
Крестила на ночь от дурного сна.

Она не знала сказок и не пела,
Зато всегда хранила для меня
В заветном сундуке, обитом жестью белой,
То пряник вяземский, то мятного коня.

Она меня молитвам не учила,
Но отдала мне безраздельно все:
И материнство горькое свое,
И просто все, что дорого ей было.

Лишь раз, когда упал я из окна,
И встал живой (как помню этот день я!),
Грошовую свечу за чудное спасенье
У Иверской поставила она.

И вот, Россия, "громкая держава",
Ее сосцы губами теребя,
Я высосал мучительное право
Тебя любить и проклинать тебя.

В том честном подвиге, в том счастье песнопений,
Которому служу я каждый миг,
Учитель мой - твой чудотворный гений,
И поприще - волшебный твой язык.

И пред твоими слабыми сынами
Еще порой гордиться я могу,
Что сей язык, завещанный веками,
Любовней и ревнивей берегу...

Года бегут. Грядущего не надо,
Минувшее в душе пережжено,
Но тайная жива еще отрада,
Что есть и мне прибежище одно:

Там, где на сердце, съеденном червями,
Любовь ко мне нетленно затая,
Спит рядом с царскими, ходынскими гостями
Елена Кузина, кормилица моя.


12 февраля 1917, 2 марта 1922,
Владислав Ходасевич

___________________________________________________________________


Письмо дочери:

Над церко́вкой — голубые облака,
Крик вороний…
И проходят — цвета пепла и песка —
Революционные войска.
Ох ты барская, ты царская моя тоска!

Нету лиц у них и нет имён, —
Песен нету!
Заблудился ты, кремлёвский звон,
В этом ветреном лесу знамён.
Помолись, Москва, ложись, Москва, на вечный сон!


Москва, 2 марта 1917, Марина Цветаева

________________________________________________________________________________

Теперь два письма убиенного сына, написанные с "последней прямотой":

"Ma voix aigre et fausse..." - P. Verlain -*

Я скажу тебе с последней
Прямотой:
Все лишь бредни - шерри-бренди, -
Ангел мой.

Там, где эллину сияла
Красота,
Мне из черных дыр зияла
Срамота.

Греки сбондили Елену
По волнам,
Ну а мне - соленой пеной
По губам.

По губам меня помажет
Пустота,
Строгий кукиш мне покажет
Нищета.

Ой ли, так ли, дуй ли, вей ли -
Все равно;
Ангел Мэри, пей коктейли,
Дуй вино.

Я скажу тебе с последней
Прямотой:
Все лишь бредни - шерри-бренди,-
Ангел мой.


2 марта 1931, Осип Мандельштам

*- Мой голос пронзительный и фальшивый... П. Верлен (фр.).

__________________________________________________________________________


Колют ресницы. В груди прикипела слеза.
Чую без страху, что будет и будет гроза.
Кто-то чудной меня что-то торопит забыть.
Душно - и все-таки до смерти хочется жить.

С нар приподнявшись на первый раздавшийся звук,
Дико и сонно еще озираясь вокруг,
Так вот бушлатник шершавую песню поет
В час, как полоской заря над острогом встает.


2 марта 1931, Осип Мандельштам



Завершу пост строками младшего сына, написанными в юности перед самым расставанием с Матерью. Больше он ее не увидит.

По ночам, во мгле лазурной,
вспоминаю жизнь мою;
поцелуев мед пурпурный
в сотах памяти таю.

На заре, в тени росистой,
о грядущем сны мои,
о цветах -- в траве душистой
по краям путей любви.

А уж в полдень полновластный
в ту весеннюю страну
прилечу пчелою красной
и к твоим устам прильну!


2 марта 1919, Владимир Набоков, «Пчела»


Tags: 2, 2 марта, Владимир Набоков, Владислав Ходасевич, Иван Бунин, Марина Цветаева, Осип Мандельштам, классика, март, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments