?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
22 апреля. Это было недавно, это было давно
Сокол
vazart
1. Давным-давно.

Ветры спать ушли - с золотой зарей,
Ночь подходит - каменною горой,
И с своей княжною из жарких стран
Отдыхает бешеный атаман.

Молодые плечи в охапку сгреб,
Да заслушался, запрокинув лоб,
Как гремит над жарким его шатром -
Соловьиный гром.


22 апреля 1917, Марина Цветаева, «Стенька Разин».




2. Давно.

Атлас — что колода карт:
В лоск перетасован!
Поздравляет — каждый март:
— С краем, с паем с новым!

Тяжек мартовский оброк:
Зе́мли — цепи горны —
Ну и карточный игрок!
Ну и стол игорный!

Полны́ руки козырей:
В ордена одетых
Безголовых королей,
Продувных — валетов.

— Мне и кости, мне и жир!
Так играют — тигры!
Будет помнить целый мир
Мартовские игры.

В свои козыри — игра
С картой европейской.
(Чтоб Градчанская гора —
Да скалой Тарпейской!)

Злое дело не нашло
Пули: дули пражской.
Прага — что! и Вена — что!
На Москву — отважься!

Отольются — чешский дождь,
Пражская обида.
— Вспомни, вспомни, вспомни, вождь, —
Мартовские Иды!


22 апреля 1939, Марина Цветаева, «Март» ( из «Стихов к Чехии»).


3. Не так уж и давно.

Святила Марфа куличи,
Везла в семью еврейскую,
В Москве-то не было печи,
Так ездила в Верейское,
В «Орехозуевский» район
То ль к тётке, то ль к племяннице,
Которой адрес-телефон
Во веки не помянется.
Жилось привольно детворе
На заводской окраине,
Где лук сажали во дворе
И мелом пряжки драили,
И пропускали по одной
Без перерыва лишнего,
И умирали в выходной,
Не помянув Всевышнего.
Меня любила без затей,
«Плетей бы!» - часто охала,
Своих-то не было детей,
Чужие грелись около.
Святила Марфа куличи…
Всё видится, всё слышится,
И огонёк её свечи
Горит во мне, колышется.


22 апреля 2014 года
, Алексей Ивантер.


4. Недавно, но, может быть, и не было.

Над холмом Боровицким собиралися тучи
И за Троицкой башней загорался закат
Расскажу вам ребята про трагический случай
Это было недавно, а не сто лет назад.

Дамы в платьях вечерних, в смокингах джентльмены
Направлялись на вечер во Георгиевский зал
Где жена президента исполняла Шопена
И охранник суровый там ее увидал.

Рвались к мраморным сводам полонезы, сонаты
Бронза люстр отражалась в полировке перил.
И любовь завладела, храбрым сердцем солдата
И внимая сонатам, он ее полюбил.

А она с ним играла, словно кошка с мышонком
Только муж отлучится, хоть на четверть часа
То средь шумного бала ущипнет за мошонку,
То взъерошит внезапно вдруг его волоса.

По джигитским законам жена друга священна
Он дружил с ее мужем как в кино «Два бойца».
И от этого ужаса он извелся совершенно
Стал задумчив и бледен, даже спал он с лица.

В дальнем горном ауле было много моментов
Когда в схватке жестокой, в грозный час роковой.
Он от вражеской пули защищал президента
Своей грудью широкой как кремлевской стеной.

Вот сверкают на солнце стремена и уздечки
Полк кремлевский выходит на весенний парад
Но увял словно роза от коллизии вечной
Между чувством и долгом молодой бодигард.

Вышел из караулки, вспомнил мамку и тятю
Глянул на купола Теремного дворца
Подошел в тишине к Грановитой палате
И присел на ступеньку у резного крыльца.

Он достал пистолет в кобуре под предплечьем
Выручай милый брат, друг единственный мой
На прощанье погладил свой подарочный Стечкин
И прижал его дуло к левой мышце грудной.

Грянул выстрел и тут же, с оглушительным криком
Рвись несчастное сердце, пой кремлевский шансон!
В равнодушное небо над Иваном Великим
Словно черная туча взмыла стая ворон.


22 апреля 2008 года, "Кремлевский шансон",
Всеволод Емелин emelind по заказу журнала "Крокодил".


5. Совсем недавно, и точно - было.

Не сыпь на кровавое соли, седой не качай головой, гляди – на Ходынское поле оркестр везут духовой. Как душ возлетевших реестр, под туш и походную снедь над полем Ходынским оркестр возносит бессмертную медь. Сквозь трубы Ходынской Вселенной, входящему в жерла её, откроется мелкой и бренной судьба, и слова и житьё. Почувствуешь жаром с затылка, покорный пришедшей волне, как медью вздохнула Ходынка, горящая в ясном огне. И все наши крестные муки и липкая быль, и враньё растают в очищенном звуке, в полуденном пеньи её…

22 апреля 2012 года, «Ходынка»,
Алексей Ивантер