?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
5 мая. Переборы памяти-2
I am
vazart
(по стихам нашего века).

Ни с того ни с сего возвратились ко мне
через столько, казалось бы, лет
разноцветные ленточки в Дарасуне
и дацана мерцающий свет.
Забайкальские розы цвели круглый год
пышным цветом, и цвет был багров,
и санчасть изводила канистрами йод
и зеленку под смех прапоров.
И две трети полка на плацу без сапог,
исключение — сибиряки.
Но спустился с небес бронетанковый бог
и слонов произвел в черпаки.
Наступает рассвет. Расступается тьма.
И мы едем вдоль майской реки
ремонтировать и доводить до ума
генеральские особняки.
Приближается цель — удлиняется цепь,
просыпается родины страж.
За вагонным окном бесконечная степь
переходит в таежный пейзаж.
И в рассветных лучах сквозь оконную грязь,
добрым молодцам — пьяным бойцам:
открывается суть, обновляется связь —
проступает небесный дацан.
А потом Дарасун, и уже навсегда,
исцелившись на годы вперед,
разноцветный салют на кустах, где вода
из трубы минеральная бьет.
И девятого мая, до звона в ушах,
впрочем, как и столетье спустя,
мы горланим про жен и чеканим свой шаг,
сапогами на солнце блестя.


5 мая 2015 года, Феликс Чечик, «Ровно 31 год тому назад - ДМБ 84» (посвящение С.Тарасову).


Старость растёт — человек уменьшается в теле.
Наперечёт месяцы и недели,
Наперечёт и дни,
И остаёмся мы с ней на самом-то деле
С глазу на глаз, одни.
Что с меня старость спросит и что отвечу?
Переберу я память, будто бы гречу, —
Вряд ли я наберу
Зерен отборных на кашу — много отбросов,
Камешков чёрных. Не задавай вопросов!
Жизнь стоит на пару.
Нет, про грехи не надо, на что грехи мне?
Я не исчадье ада, но и не схимник.
Душу скобля до дна,
Жадно жила — связи рвала без оглядки,
Глупо жила. Но видишь, теперь всё в порядке:
Ты у меня — одна.


5 мая 2008. Инна Лиснянская.


Земное время смоет грим,
а там – без плотности и веса –
такой зелёный Старый Крым,
такая новая Одесса,

такой облупленный фасад,
такие полночи, как триста
счастливых дней тому назад,
и карты памяти туристов

полны льняных кариатид,
раскопов скифских поселений,
чешуйка сажи золотит
прохладный лепесток сирени,

и самолёты, не спеша,
щекочут стёкла на форсаже,
и бьётся бабочкой душа,
и ей, как бабочке, не скажешь

«красивая, остановись!» –
минуя порта ржавый кузов,
Потёмкинской взмывает ввысь
на крышу Дома профсоюзов.


5 мая 2014 года, «Бабочка»,
», Михаил Свищёв




                     «Надежды маленький оркестрик»

Когда под утро рассветает,
И ты забыться был бы рад –
Твой дух над пропастью витает,
И нет для памяти преград –

Одно спасает от печали,
И не даёт сойти на нет –
Как были счастливы в начале,
Какой от нас струился свет.

И пусть судьба неповторима,
И нет прочней любовных уз –
Мой Рубикон – не надо Рима,
Никто не выдержит искус…

Но после славы и провала,
Что возвращает к небесам? –
Что сердце ты не покидала,
Как мне дарованный сезам.


5 мая 2015 года, "После", Илья Будницкий,
budnitsky.


Как высока
железная кровать,
как лампочка
на слово верит Ому:
нас память
не научит забывать,
и помниться,
и ничему плохому.
Как дирижёр
упрямо тянет «до»,
когда оркестр
давно ушел за водкой,
и воздух
вытесняется водой
под спьяну
перевернутою лодкой
при споре, что кошер,
а что – халяль,
так в детстве
признаёшь без укоризны:
тем, без которых
жизнь не представлял,
не хватит мест
в битком набитой жизни.


5 мая 2015 года, «Титаник»,
Михаил Свищёв