Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

31 мая. Потери бытовых неурядиц

великие и незаметные.

Из дневника Георгия Эфрона (запись от 31 мая 1941 года):

...Вчера был крупный скандал с Воронцовыми — на кухне. Ругань, угрозы и т.п. Сволочи! Все эти сцены глубоко у меня на сердце залегают. Они называли мать нахалкой, Воронцов говорил, что она «ему нарочно вредит» и т.п. Они — мещане, тупые, «зоологические», как здесь любят писать. Мать вчера плакала и сегодня утром плакала из-за этого, говоря, что они несправедливы, о здравом смысле и т.п. Я ей твердил с самого начала, что лучше уступать идиотам-мещанам, чем из-за них страдать и плакать. Дело в том, что обедают они раз в день — вечером и хотят пользоваться чуть ли не всей плитой, говоря, что весь день мы можем есть, — снимают наш чайник и ставят свой и т.п. Я матери говорю, что лучше уступать этим сволочам и жить без скандалов. Она же говорит, что может из четырех конфорок на газе располагать двумя, и что есть будет и готовить, когда ей надо, и что платит столько же, сколько и они. Они же говорят, что она нарочно готовит, когда они готовят. Скоты! А мать все это переживает, плачет из-за этого. Вчера был некий Ярополк, который ее утешал и т.п. Сегодня он также пришел. Он еще в красноармейской форме — он командир. Он всячески утешал мать. Это такой человек, который может мне помочь в смысле физического развития — он учился в физкультинституте. Но мне, бесспорно, нужно вылечить экзему. Он говорит, что, конечно, из меня в физическом отношении может выйти кое-что — широкие плечи есть и, как он выразился, «рычаги». У него есть друг, с которым познакомилась вчера мать, который сможет научить меня плавать, — он отличный пловец. Все это неплохо и может пригодиться. Положение наше серьезно — нужно через 2 с ½ месяца платить за комнату 5000 р., кроме того — эти скандалы со сволочами-Воронцовыми. Я упрашиваю мать не ратовать за «справедливость и здравый смысл», а поменьше быть на кухне и не готовить, когда готовят эти идиоты. Кроме того, я утверждаю, что мать должна иметь решительный разговор с Асеевым. Дело в том, что он все время повсюду говорит (как передают), как ему нравятся стихи матери и какая она сама — замечательный человек. Он ее приглашает к себе, даже на чествовании И. Бехера сошел с президиума и пошел с ней поздороваться, говорит о ее замечательности и необычайности и т.п. Все это — прекрасно. С другой стороны, Асеев — это теперь первый поэт в СССР — вследствие ордена Ленина, Сталинской стипендии, депутат и т.п. Я категорически утверждаю, что на него нужно нажать в смысле квартиры. Вот он все говорит о матери восторженно и т.п. Пусть покажет, что он готов сделать на самом деле. А может, слова его и всякая штука — пустяки и пустота и кривлянье? Мы почем знаем? Асеев — человек, сейчас высоко стоящий. Он много может. Если он действительно ценит мать, то он должен постараться создать ей хорошие условия существования. Он может это сделать легче, чем другой человек. А мать стесняется ему говорить о своей паршивой жизни, о соседях-сволочах, о комнате или квартире. Меня это бесит. Она знакома и дружит с Асеевым! Кто, как не Асеев, сможет ей помочь? Будет occasion доказать подлинное отношение к человеку. Сегодня он нас пригласил. «Хорошо», — говорит мать. «Хорошо, если удастся тебе с ним поговорить наедине о своем положении», — а иначе: плохо. К чему бесцельные визиты? Я теперь главным образом надеюсь на Асеева. Очень, вполне возможно, что он ничего не сделает в смысле комнаты или квартиры (не захочет или не сможет). Но попытаться нужно. Нельзя пренебрегать возможностями. Препротивно жить с этими сволочами, но приходится. И, главное, если бы мать так сильно не переживала бы эти скандалы и оскорбления. А вдруг Асеев действительно что-нибудь сможет сделать? Может, при помощи Моссовета.

Немцы на Крите захватили порт Канна и город и аэродром Гераклион. Имперские войска отступают. На Крите продолжается ожесточенное сражение, но, конечно, немцы в конце концов одолеют.

...

Товарищ держит слово по ящику в эфире,
о том, как будет клёво на суше и воде.
Ну а у Б.Петрова труба течёт в квартире,
и слесарь не приходит к нему четвёртый день.

Внизу в кафе веселье, там тарарам и крики,
там грохают шампанским и музыка орёт.
Ну а у Б.Петрова в ассортименте килька,
и пачка вермишели, и в морозилке лёд.

Ну, что же в том плохого?.. Там, может, свадьба снова,
и молодой, здоровый резвится там народ.
- А где твоя Петрова?.. – мы спросим у Петрова.
А он махнёт рукою и тягостно вздохнёт…

И тазик под трубою, и свечка в туалете,
и вермишель в пакете, и девять на часах…
Вот так Петров исчезнет, а мы и не заметим…
в газете не напишут, не скажут в новостях…


31 мая 2011 года, «Про Петрова»,
Мария Махова
Tags: 1941, 2011, 31, 31 мая, Георгий Эфрон, Марина Цветаева, Мария Махова, дневники, май, стихи нашего времени, упоминания о
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments