?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Flag Next Entry
10 июня. Забытый гул погибших городов
I am
vazart

На небе зарево. Глухая ночь мертва.
Толпится вкруг меня лесных дерев громада,
Но явственно доносится молва
Далекого, неведомого града.

Ты различишь домов тяжелый ряд,
И башни, и зубцы бойниц его суровых,
И темные сады за камнями оград,
И стены гордые твердынь многовековых.

Так явственно из глубины веков
Пытливый ум готовит к возрожденью
Забытый гул погибших городов
И бытия возвратное движенье.


10 июня 1900, Александр Блок




Одно лишь небо, светлое, ночное,
Да ясный круг луны
Глядит всю ночь в отверстие пустое,
В руину сей стены.

А по ночам тут жутко и тревожно,
Ночные корабли
Свой держат путь с молитвой осторожной
Далеко от земли.

Свежо тут ветер дует из простора
Сарматских диких мест.
И буйный шум, подобный шуму бора.
Всю ночь стоит окрест:

То Понт кипит, в песках могилы роет,
Ярится при луне -
И волосы утопленников моет.
Влача их по волне.


10.VI.1923, Иван Бунин



Как в поход собирался Вук,
говорил ему старый друг,
старый друг воевода Милош:
– Чем могу помочь тебе, Вук,
если руки не держат лук
и копье мое преломилось?

Я гляжу как сквозь тусклый лед
и не бью уже птицу влет,
не валю на скаку зверя.
Зажирел мой конь от овса.
И ни в сына, и ни в отца,
и ни в чох, ни в сон я не верю.

И ответствовал Вук: – Ну что ж!
Если ты для битвы негож
и не веришь в святого духа,
я и сам воевать могу.
–Чем же я тебе помогу? —
снова Милош спросил у Вука.

–А помочь мне? Можешь помочь.
У меня остается дочь
и младенец о третьем годе.
Если долго я не приду,
посылай моим чадам еду, —
отвечает Вук воеводе.

–Да и матушку не забудь.
Навести ее как-нибудь,
соболезнуй ее заботе.
А когда истекут ее дни,
по обряду похорони, —
отвечает Вук воеводе.

–И еще мне в чем помоги:
если злую молву враги
обо мне распустят в народе,
ты не верь той молве ни в чем,
как не веришь ни в чох, ни в сон, —
отвечает Вук воеводе.

И садится Вук на коня
и в поход отъезжает шагом.


10 июня 1971, Давид Самойлов,
четвертое из цикла "Балканские песни".



В Империи развал. Шумят рабы.
Спартак в ударе. Просветлели лица.
Но чучело Вождя в плену томится,
А из провинций все текут гробы.
Окраины бурлят. Им отделиться
Хотелось бы. Кто в лес, кто по грибы -
Куда угодно. Лишь бы от судьбы.
А Император волен застрелиться.
Сенат прогнил. Лишь выправка да спесь.
Все скурвились. Пора срывать погоны.
Из Сирии выводят легионы.
Все правильно. Они нужнее здесь.
Империя, как тот презерватив,
Что пацаны всем скопом надували,
Вот-вот взорвется, матушка. Едва ли
Империю спасет инфинитив.
Что делать? Сам не знаю. Но держись.
И утешайся запрещенным средством.
Поэту не к лицу спасаться бегством.
Но все же крикнуть хочется: "Ложись!"


10 июня 1988 года, Евгений Ройзман.


( Свернуть )

Недавно разрешили говорить.
О гласности указы огласили.
Плебеи и рабы заголосили.
Сам понимаешь, что тут говорить.
Кто говорит, а кто-то копит злость.
Поймали карфагенского шпиона.
Давно не пишут против Апиона.
И Апионов много развелось.
Загажен Рим. Загружен Пантеон.
Никто не пожелает потесниться.
А так хотелось тоже попроситься.
Ему нельзя. Пока у власти он.
Империя не встанет на дыбы.
Империя скорее встанет раком.
Все видится отчетливо. Однако
Рабы все чешут скошенные лбы.


10-11 июня 1988 года, Евгений Ройзман.


От шёпота до ропота,
От ропота до топота,
Потом опять до шёпота,
И всё не скопим опыта...
А не устала жопа-то?


10.06.1989. Валерий Куранов,
kuranoff.