Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

19 июня. Росков. Гипербореец в пейзаже

Посв. А.Сорокину

                                                                « Мы поехали за город,
                                                                А за городом – дожди,
                                                                А за городом – заборы,
                                                               А за заборами – вожди…»
                                                                       (А.Галич)

              1

Сколько лет прошло и пробежало
с той поры, как  Галич…
                          Есть нужда:
еду с Белорусского вокзала
электричкой за город, туда,
где между Рублёвкой и Барвихой
спит посёлок Усово-Тупик,
там живёт размеренно и тихо
на природе мой соученик
то есть, однокурсник-однокашник,
и, как догадались вы – поэт.
Он совсем недавно, днём вчерашним
жил в столице сорок с лишним лет…


Только жизнь – то трезвый, то в запое,
то с чужою женщиной поспишь,
и жена застукает обоих…
Да жене никак не угодишь:
требует внимания и денег,
денег и внимания, а ты
с её слов и бабник, и бездельник
только знаешь, что кидать понты:
дескать, я поэт, и моя Муза
требует не денег, а стихов.
И тут узы брачного союза
лопают, и ты уже готов
разменять московскую квартиру,
чтоб не слышать дикий женский крик,
кончить дело при разводе миром
и уехать в Усово-Тупик,
что вообще-то близко от столицы –
электричка едет полчаса.
Под балконом здесь живёт синица,
и стоят  сосновые леса
вкруг Барвихи, Усово, Рублёвки,
и заборы энной высоты,
да торчат на каждой остановке
вдоль шоссе суровые менты –
охраняют быстрые кортежи,
что несутся в сторону Кремля.
Ну а ты уже здесь не приезжий –
тут твой дом, и тут твоя земля,
и бабульки утром у подъезда
как родного, чествую тебя
если ты ухоженный и трезвый.
Электрички  рядышком гудят,
следуя в Тупик и мчась обратно
в шумную и денежную жизнь.
А тебе полезно и приятно
вечером по соснячку пройтись,
и вернутся вновь в свою «однушку» -
чисто холостятское жильё,
где на стенке, на портрете – Пушкин
и богатство  главное твоё –
книги - и на полках, и навалом.
В век наживы, в двадцать первый век
в бытие своём, в большом и малом
тщится современный человек
плотно окружить себя уютом,
в банке заиметь валютный счёт,
«тачку» - «Мерседес» - чтоб было круто,
дом на Кипре, кое-что ещё.
Это – кто по высшему разряду,
ну а кто пониже, и ему
тоже надо, надо, надо, надо.
А поэт сидит в своём дому,
то есть в тесной комнате- «однушке»
в Усово на третьем этаже,
чай горячий швыркает из кружки –
у поэта праздник на душе –
он родил сейчас стихотворенье,
пусть оно всего-то в восемь строк,
но поэт в минуты вдохновенья
чувствует себя, как царь и бог.                                    
Он, отставив в ближний угол лиру,
продолжает чай свой попивать
и ему на все богатства мира
с этажа еврейского – плевать!
На закате солнышко садится,
от Рублёвки наплывает тень,
на балконе тенькает синица,
провожая уходящий день,
за стеклом тускнеет панорама
неба, меркнет солнечный зенит.
…Ну а завтра из столицы дама
нанесёт поэту свой визит.
Дама приезжает раз в неделю,
оторвавшись от семьи – ура! -
И поэт с ней делится постелью
и стихом, написанным вчера.
Ну, а с хлебом как дела насущным?
Денежный струится ручеек
из каких таких рублёвых кущей
в кошелёк поэта? Если б мог
не работать – он бы не работал
но поэт не ангел – человек,
кроме воскресенья и субботы
он свободен в среду и в четверг,
а в другие дни бывает  встреча
с «племенем младым» –  и он привык:
он преподаёт культуру речи
и могучий русский наш язык
технарям в одном из институтов
золотого города Москвы.
Это, согласитесь, правда, круто?!
(Правда, круто! - подтвердите вы)
Да! Но вот у преподов зарплаты…
Он на ту зарплату и живёт
прямо скажем, очень небогато.
А ещё поэт два раза в год
запивает – ровно на неделю,
летом и зимой, и каждый раз
мучается атомным похмельем.
Что поделать? – организм у нас
требует какой-нибудь разрядки,
раз в эпоху стрессов мы живём.
             * * *
Это о поэте по порядку
всё почти, что знаю я о нём

                       2

Он меня встречает на платформе
«Усово-Тупик», и он одет
(месяц май) по полной летней форме:
шорты до колен, рубашка в цвет
яркого ямайского пейзажа,
и венчает форму, как итог
на макушке этаким плюмажем
по пиратски вздрюченный  платок.
И о чём мы начинаем с ходу
говорить – вы сможете понять,
если я его четыре года
не видал, и столько – он меня.
Мы идём к его пятиэтажке.
Бабушки, аж две, встречают нас
у подъезда, и одна у Сашки
спрашивает: «Сань, который час?»
И ещё о чём-то – о погоде,
что там обещает Интернет?...
«Видишь, я живу в простом народе,
на природе», - говорит поэт,
мы гоняем чай в его светлице-
в комнате светло от солнца - мне
предстают и книги, и синица,
и домашний Пушкин на стене.
Из окна, в какое солнце льётся, -
вид на лес вблизи и вдалеке.
«Вообще как тут тебе живётся, -
спрашиваю, - в этом Тупике?»
«Да ты что, - он говорит,  - отрада!
Тишина  такая и  покой.
Что ещё гиперборейцу надо –
поле, лес и речка – под рукой.
До работы – вон, на электричке -
электричка под рукой опять».
У него уже вошло в привычку
по её гудку часы сверять.
Тут ему и пишется иначе
и Москвы не жаль – вообще ничуть.
«Хочешь, прогуляемся до дачи
Путина? Здесь рядышком». – «Хочу!»
Рядом, это значит, до Рублёвки,
до шоссе - с лихвою  километр,
здесь и впрямь стоит на остановке
в полной форме,  с автоматом – мент.
По шоссе несётся полным ходом
бентли-джипо-«тачко»-крутизна,
но двух негламурных пешеходов -
нас, поэтов - пропустила на -
на другую сторону по «зебре».
Ну а там ещё одно шоссе,
но поуже, и глухие дебри
из заборов – в лесополосе
корабельных сосен – сплошь заборы,
камеры слежения на них.
Мы шагаем вдоль, идём, и вскоре
с правой стороны у нас возник
не забор – стена. И метров триста,
даже больше, шли мы вдоль стены.
За стеною, там,  конкретно чисто
стерегут крутые пацаны
ставку подмосковную премьера.
Сам её периметр – буквой «п»,
площадь – необъятного размера:
если из столицы ВВП*
возят иногда  на вертолёте
(не хорёк какой-нибудь – премьер!)
то представьте это, и поймёте
дачи этой vipовской размер.
Два конца периметра уходят,
подступают вплоть  к Москва-реке.
Ну и мы туда. Здесь, на природе -
зелен-луг, на нём невдалеке
мирно так – чудно! – пасутся кони,
три коня. По берегу всему
ивы у воды, на самом склоне.
Я смотрю вокруг и не пойму:
вид, пейзаж – ну деревенский чисто,
и вокруг нас – ни живой души,
и вода под солнцем серебриста,
воздух – наслаждайся и дыши.
- А в реке здесь чистая водица, -
говорит мой спутник, - ведь река
ещё только движется в столицу.
Искупнёмся, может?
                                       И пока
я вокруг с восторгом озирался:
- Слушай, Саня, как здесь хорошо!                      
В этом мае ты уже купался?
Он нырнул со склона – нагишом…
                
                  3
День прошёл в стихах и разговорах…
От стены той, от Москвы-реки
мимо камер на глухих заборах
мы  вернулись скоро…
                                       Вопреки
нынешнему духу  потребленья,
духу, завладевшему страной,
он – поэт - живёт стихотвореньем,
иль строкой единственной одной,
что уже в уме, уже родилась
а других проблем – их просто нет.
Для него строка – как Божья милость,
и он - Божьей милостью поэт
над одной  единственною  строчкой
что его преследует сейчас
будет думать, думать днём и ночью.
И Господь за то ему воздаст,
ниcпошлёт поэту вдохновенье,
глянет на поэта сверху вниз,
и  само собой стихотворенье
выложится на бумажный лист.
И ему не требуется много
до доски той самой гробовой,
только б ощущать дыханье Бога,
да ещё иметь над головой                
худо-бедно хоть какую крышу,
да заварку чая поутру,
да синичку на балконе слышать,
да гулять без шапки на ветру
в марте по тропинкам между сосен,
наслаждаться запахом хвои,
доверять  погасшей папиросе
мысли потаённые  свои,
быть любимым женщиной замужней,
молодой -  в свои полсотни лет.
Что ещё гиперборейцу нужно,
если он поэт?  А он – поэт!



ВВП* Владимир Владимирович Путин

19 июня 2010 года, «Гипербореец в пейзаже», Александр Росков, Roscov

Tags: 19, 19 июня, 2010, 21 век, Александр Росков, июнь, стихи нашего времени
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments