?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
25 июня. Своей дорогой
I am
vazart
Своя дорога  ждет каждого из нас. Найти ее и не идти чужими - вот задача жизни с начала до конца.
В молодости, вступив на выбранную стезю, идешь в сопровождении радости.

Запад гаснет в оранжево-алой дали,
Загорелась алмазом звезда в синеве,
Высоко над лугами летят журавли
И как жемчуг сверкает роса на траве.

Свежий воздух дыханьем цветов напоен;
Жизнь мне кажется ясной как этот закат:
Ведь я молод и счастлив, любим и влюблен
И в тебя, и в зарю, и в степной аромат!..


1911 г. 25 июня. Суббота.
Денисиха, Моск. губ.,
Николай Минаев ( автору 16 лет).

Но своя дорога - одинокий путь, по ней не водят демонстраций.

Не доверяй своих дорог
Толпе ласкателей несметной:
Они сломают твой чертог,
Погасят жертвенник заветный.

Все, духом сильные,- одни
Толпы нестройной убегают,
Одни на холмах жгут огни,
Завесы мрака разрывают.


25 июня 1900, Александр Блок.



Радость может оставить тебя в пути, а грусть найти.

У птицы есть гнездо, у зверя есть нора.
Как горько было сердцу молодому,
Когда я уходил с отцовского двора,
Сказать прости родному дому!

У зверя есть нора, у птицы есть гнездо.
Как бьется сердце, горестно и громко,
Когда вхожу, крестясь, в чужой, наемный дом
С своей уж ветхою котомкой!


25.06.1922 Иван Бунин.

В мечтах можно отклониться от прямого маршрута, но, дружа с мечтой, и крюк будет не замечен, и к цели вернее придешь.


Как всегда безудержно мечтая,
Пусть за это критика клеймит,
Я добрался нынче до Китая
Поскорее чем товарищ Шмидт.

О, страна Конфуция и чая,
Генералов, прачечных и блох,
Ты проводишь время не скучая,
Каждым днем захвачена врасплох!

Да и как тебе не веселиться,
Как не улыбаться во весь рот,
Если, что ни город, то столица,
Что не месяц, то переворот?!.

На груди твоей средь гаоляна
Дышит ветром северных долин,
Приучая к делу Чжан Сюэ-Ляна,
Бонапарт хунхузский Чжан Цзо-Лин.

И на них навастривая уши,
В интересах партии Аньфу
Плавает без устали по суше
Одиссей раскосый У Пей-Фу

А южнее, где благоуханно
Веет гоминдановский Кантон,
Чан Кай-Ши по нотам Карахана
Задает товарищеский тон.

Но не веря в бабушкины сказки,
В смысле власти тоже не профан,
Не желает следовать указке
В собственных владеньях Сун Чун-Фан.

И повсюду с севера до юга,
Не теряя времени и слов,
Генералы ловко бьют друг друга,
Путая все карты у послов.

Все они как круглые сироты
Добывают свой насущный рис,
Каждому из них довольно роты,
Чтобы сделать гражданам сюрприз.

И не только жирного буржуя,
Что от страха лезет под кровать,
Даже самого Дуань Цзи-Чжуя
Можно без труда арестовать.

Ах, мечты под резкий звон трамваев,
Для меня вы лучший витамин,
Ибо я москвич Н. Н. Минаев,
А не вейхайвеец Ник-Ник-Мин!

Ибо даже в этот вечер майский
Граждане, ругая свой домком,
Выражаются не по-китайски,
А уж слишком русским языком…


1926 г. 25 июня. Пятница.
Москва.
Николай Минаев.

Блажнен, кто шел СВОЕЙ дорогой и славу встретил на пути, а дальше слава шла уж без него.

СТИХИ К ПУШКИНУ
1
Бич жандармов, бог студентов,
Желчь мужей, услада жен -
Пушкин - в роли монумента?
Гостя каменного - он,

Скалозубый, нагловзорый
Пушкин - в роли Командора?

Критик - ноя, нытик - вторя:
- Где же пушкинское (взрыд)
Чувство меры? Чувство моря
Позабыли - о гранит

Бьющегося? Тот, соленый
Пушкин - в роли лексикона?

Две ноги свои - погреться -
Вытянувший - и на стол
Вспрыгнувший при Самодержце -
Африканский самовол -

Наших прадедов умора -
Пушкин - в роли гувернера?

Черного не перекрасить
В белого - неисправим!
Недурен российский классик,
Небо Африки - своим

Звавший, невское - проклятым!
Пушкин - в роли русопята?

К пушкинскому юбилею
Тоже речь произнесем:
Всех румяней и смуглее
До сих пор на свете всем,

Всех живучей и живее!
Пушкин - в роли мавзолея?

Уши лопнули от вопля:
- Перед Пушкиным во фрунт!
А куда девали пекло
Губ, куда девали - бунт

Пушкинский, уст окаянство?
Пушкин - в меру пушкиньянца!

Что вы делаете, карлы,
Этот - голубей олив -
Самый вольный, самый крайний
Лоб - навеки заклеймив

Низостию двуединой
Золота и середины.

Пушкин - тога, Пушкин - схима,
Пушкин - мера, Пушкин - грань..
Пушкин, Пушкин, Пушкин - имя
Благородное - как брань

Площадную - попугаи.
Пушкин? Очень испугали!


25 июня 1931, Мёдон, Марина Цветаева.


Но помни: кто идет своей дорогой, он другим
Прохожий

Прохожему – какое дело,
Что кто-то вслед за ним идёт,
Что мне толкаться надоело,
Стучаться у чужих ворот?
Он никого не замечает,
и белый хлеб в руках несёт,
С досужим ветерком играет,
Стучится у моих ворот.
Из дома девушка выходит,
Подходит и глядит во тьму,
В лицо ему фонарь наводит,
не хочет отворить ему.
- Что, - скажет, - бродишь, колобродишь,
Зачем еще приходишь к нам,
Откуда, - скажет, - ты приходишь
Стучаться по ночам?

Это стихотворение Арсений Тарковский написал в свой день рождения, сначала оно так и было озаглавлено: "25 июня 1931 года".

Стихи поэта в день рождения - отметики на пути судьбы и собственной дороги многотрудной. Но об этом будет мой следующий пост.

А завершу этот пост стихами все того же 1931 года поэта, который прошел своей дорогой недолго, но до конца.

Сегодня можно снять декалькомани,
Мизинец окунув в Москву-реку,
С разбойника Кремля. Какая прелесть
Фисташковые эти голубятни:
Хоть проса им насыпать, хоть овса...
А в недорослях кто? Иван Великий —
Великовозрастная колокольня —
Стоит себе еще болван болваном
Который век. Его бы за границу,
Чтоб доучился... Да куда там! Стыдно!
Река Москва в четырехтрубном дыме
И перед нами весь раскрытый город:
Купальщики-заводы и сады
Замоскворецкие. Не так ли,
Откинув палисандровую крышку
Огромного концертного рояля,
Мы проникаем в звучное нутро?
Белогвардейцы, вы его видали?
Рояль Москвы слыхали? Гули-гули!
Мне кажется, как всякое другое,
Ты, время, незаконно. Как мальчишка
За взрослыми в морщинистую воду,
Я, кажется, в грядущее вхожу,
И, кажется, его я не увижу...
Уж я не выйду в ногу с молодежью
На разлинованные стадионы,
Разбуженный повесткой мотоцикла,
Я на рассвете не вскочу с постели,
В стеклянные дворцы на курьих ножках
Я даже тенью легкой не войду.
Мне с каждым днем дышать все тяжелее,
А между тем нельзя повременить...
И рождены для наслажденья бегом
Лишь сердце человека и коня.
И Фауста бес — сухой и моложавый —
Вновь старику кидается в ребро
И подбивает взять почасно ялик,
Или махнуть на Воробьевы горы,
Иль на трамвае охлестнуть Москву.
Ей некогда. Она сегодня в няньках.
Все мечется. На сорок тысяч люлек
Она одна — и пряжа на руках.


25 июня — август 1931, Осип Мандельштам.