Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

18 июля. В кущах личного Эдема

Хорошо, забыв о вьюгах,
Окунуться в летний зной,
Мысли пивом убаюкав,
Проводить свой выходной

Изваянием Родена
С пахитоскою в руке,
В кущах личного Эдема -
В допотопном гамаке.

Разве это не награда -
Созерцать весь Божий день
Тонкой кистью винограда
Нарисованную тень,

Не гонять на шестисотом
С валидолом за щекой,
А наперстком шести соток
Пить божественный покой.

Солнца мятная настойка,
Воли праздничный кумыс
Упоительны настолько,
Что всему даруют смысл -

И сирени у калитки,
И герани на окне,
И несуетной улитке,
И подвыпившему мне.

Спелый плод в мои ладони
Золотая алыча
Снисходительно уронит
С августейшего плеча.

И сорочьим донесеньем
Разлетится весть окрест,
Что за это воскресенье
Я воистину воскрес.

18 июля 2004, «В кущах личного Эдема», Игорь Царев


А еще вот прекрасный

Летний этюд с морем

     
                 
                      «Море уходит вспять,      
                        море уходит спать…»
                           (В. Маяковский)

                           Посв.   Л.


...Солнце жаркое, жёлтый песок,
небо цвета июльского зноя
и скамейка из грубых досок
близ уреза воды под сосною.
Сосны рыжие  - как на парад
вдаль по берегу – влево и вправо,
и стволами на солнце горят,
золотой огибая оправой
край воды, полукруг описав
вдоль большого морского залива…
Лёжа здесь, глядя вверх – в небеса,
можно быть абсолютно счастливым,
ограничив себя на три дня
солнцем, морем и лоном природы.
Волны – вот они – мерно шумят,
наступая, неся свои воды
из дали из далёкой… Прилив,
никуда не спеша, постепенно
наполняет собою залив,
тычась в берег, как лапами, пеной
вперемежку с травою морской
принесённой Бог знает откуда.

Пахнет морем, нагретой доской…
Золотая песчаная груда,
на которой лежишь – горяча
(вот зимой бы – такое же ложе!),
на груди на твоей, на плечах
под лучами палящими кожа
нагревается тоже… Пора
искупаться. Собравшийся с духом,
по мальчишески крикнув «ура!»
ты с разбега ложишься на брюхо
на волну, что с приливом пришла
и на берег смогла накатиться…
В Белом море тепла, (ах, тепла!)
как и в Понте Эвксинском водица.
А на пляже природном – ни-ни,
ни души - ни в дали и ни возле.
…Беззаботные катятся дни,
как шары золотые. А после,

после ужина будет отлив,
волны двинут обратно. И вскоре
далеко-далеко от земли
вдруг окажется Белое море.
Обнажится песчаное дно
на версту… Обувь мы с себя сымем
и – вперёд! Наслажденье одно –
топать по дну ногам и босыми
и идти вслед за морем – туда,
где кончается влажная суша,
где солёная плещет вода,
обнажая рыбацкую рюжу,
оставляя к чьему-то столу
в рюжу эту попавшую сдуру
и живую ещё камбалу.
Неуклюжей какой-то фигурой
восстаёт впереди остров Кий,
Солнце, глядя в закат, золотится,
а над ним дружно чертят круги
белокрылые лёгкие птицы.
Облака над водой – как холмы
из обрызганной розовым ваты.
И с далёкого берега – мы,
мы на фоне отлива с закатом…

На мансарде в июльскую ночь
после бани и крепкого чая
я уснуть бы, конечно, не прочь.
Только крики бакланов и чаек,
да скрип сосен над тонкой такой,
над волнистою шиферной крышей
нетревожный сулят непокой.
А, прислушавшись, можно услышать,
как на даче соседней скрипит
может, ставень, а может – стропило,
как далёкое море кипит,
собирая глубинные силы
для ночного – на берег – броска,
для прилива, которого скоро
надо ждать…
                          А какая тоска
здесь бывает в осеннюю пору,
в межсезонье, в глухом октябре -
представляю себе – когда дачи
опустеют, и злобный борей
принесёт сюда холод собачий,
и морская укроется даль
в непроглядном белесом тумане,
и вода цвета в ржавую сталь
доплеснёт, доберётся, достанет
до той самой скамеечки, где
мы вчера, загорая, сидели
и песчаные наши постели
будут мокнуть в солёной воде,
а потом ледяная шуга
поплывёт по воде, превращая
воду в лёд…
                     А пока, а пока
ночь наполнена криками чаек,
и в мансардное смотрит окно
белый свет в пять утра и кусочек
неба синего. Море – оно
под покровом немеркнущей ночи
приходило и снова ушло,
отступило от берега снова.
…Утром солнечно будет, тепло
и хозяйка воды родниковой
в настоящий нальёт самовар,
угли в нём разживляя лучиной.
Чай, как некий бодрящий нектар,
за столом, что на улице, чинно
мы не пить будем, нет, а  – вкушать,
заедая клубничным вареньем,
будут в соснах – над нами – шуршать
птички Божьи, заливистым пеньем,
славя новый начавшийся день…
Мы, дождавшись дневного прилива,
снова двинемся к морю – к воде,
прогулявшись сначала за пивом
за бутылочным в дачный «комок»,
в холодок его спрятав – к обеду.
…И опять – море, солнце, песок,
плеск воды возле ног…
                                   И на этом
я, пожалуй, сверну свой рассказ,
чтоб не плавать в нехитром сюжете,
оставляя счастливыми нас
на песке, у воды, в тёплом лете…
            

дачный посёлок на берегу Белого моря близ города Онеги 2002 г


Tags: 18, 18 июля, 2003, 2004, 21 век, Александр Росков, Игорь Царев, июль, стихи нашего времени
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments