Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

20 июля. Меж земным и небесным. 21 век

__________________________________
1.Сияй, окно, и раскрывай мне даль,
Пока не надоест!
Пересеклись горизонталь и вертикаль
И образуют крест.

Он заповедан нам, но плохо различим.
В кромешной тьме
На ощупь движемся, взыскуемые им,
К рождественской зиме.

Там ротиком слепым младенец ловит грудь,
И обмирает мать, —
Горит звезда во тьме, но крестный путь
Не может предсказать.
2
Волхвы ушли, ушел и Симеон…
Младенец спит.
А Богоматери приснился сон,
Что Сын её убит.

Но видит: вновь она родит Его
Под пологом сырым, —
И назовут второе Рождество
Пришествием вторым.


20 июля 2007. Инна Лиснянская
________________________________


Любовь пылает не во мне —
В Неопалимой Купине
Горит бездымленно.

Рыдает слово не во мне,
А на натянутой струне
Псалма Давидова.

Надежда зреет не во мне,
А в искупительном зерне
Земли божественной.

Сияет вера не во мне,
А в очистительном огне
Звезды Рождественской.


20 июля 2009, Инна Лиснянская



Спальные районы
Замкнутый простор,
Я смотрю с балкона
На бескрайний двор.

Вдалеке промзона,
Трубы да бетон,
Пение Кобзона
Изо всех окон.

Ласковые ливни,
Парни во дворах,
Сколько их погибнет
Там в чужих горах.

Через двор к воротам
Мимо не пройдешь,
Вот они на фото
В модных брюках клеш.

Выдался коротким
Век у большинства,
Нас косила водка,
А не вещества.

Сменятся сезоны,
Кореш отсидит,
Пение Кобзона
Все сопроводит.

Снег ноябрьский выпал,
Вновь запил отец,
Здесь играли в сику,
Трынку и деберц.

Престарелый кесарь
Снова речь сказал.
Вам «ТУ»? «Стюардессу»?
У меня «Опал».

Не смеши, родимый,
Я курю «Пегас».
Тогда были зимы
Не то, что сейчас.

Через год по ходу
Снова юбилей.
Как текли те годы,
Как конторский клей.

Пыльные газоны,
Карканье ворон,
Пение Кобзона,
Спартак-чемпион.

Скоро в темной бездне,
Где бессилен взгляд,
Этот мир исчезнет
Словно Китеж-град.

Скрылось это царство
В толще темных вод,
Лишь Кобзон остался
И поет, поет…


20 июля 2009 года, Всеволод Емелин,
emelind, "Римейк-песня", посвящение И. С. Зубковскому.
_____________________________________________________________
В забубенном Сестрорецке, возле озера Разлив,
Я свое пробегал детство, солнцем шкурку прокалив.
Там, где Ржавая Канава, там, где Лягушачий Вал,
Я уже почти что плавал, далеко не заплывал.
Эта финская водица да балтийский ветерок…
Угораздило родиться, где промок я и продрог,
Где коленки драл до мяса – эту боль запомнить мне б -
Где ядреным хлебным квасом запивал соленый хлеб,
Где меня жидом пархатым обзывала шелупня,
Где лупил я их, ребята, а потом они – меня.
Только мама знала это и ждала, пока засну…
Я на улицу с рассветом шел, как будто на войну.
Чайки громкие летали, я бежал, что было сил,
Со стены товарищ Сталин подозрительно косил...

Сам себя бедой пугая, сбросил маечку в траву,
Приняла вода тугая, и я понял, что плыву!
Непомерная удача, я плыву, а значит – жив…
Называлось это – дача, детство, озеро Разлив.

20 июля 2009,
Ян Бруштейн, «Сестрорецкое», посвящение Марине Шапиро

_______________________________________________________________________

Это снова схемы, перерасчёты,
и нельзя понять, для чего, зачем.
Говоришь – мир сходит с ума, - о чём ты?
В нём он не был, видимо, вообще.
Забираясь в бункеры и берлоги, закрывая уши, сбежав от дел…
Ну а что там бумкнуло нам под ноги?.. это день упал, это новый день.
У меня болит, - говоришь ты молча, - я молчу в ответ, горизонт размыт,
я иду домой, проверяю почту,
может, в мире где-нибудь не болит,
у меня такая вокруг засада, и куда ни сунешься – тёмный лес,
подставляю руки – но ты не падай,
это так, на случай, что кто-то есть.
Развалились звенья, распались связи, покатился с горки огромный ком,
я уже не знаю, в какой мы фазе, может, и на Марсе – приём, приём;
может мы под Тулой или в Миассе, или кожей чувствуем Третий Рим…
Не смотри на солнце, там много красного,
и заходит в нас оно,
и горит.
А куда летит обалдевший поезд я не знаю, просто я с ним лечу,
это, видно, время теперь такое, -
а когда другое?.. – хочу, хочу;
мчатся мимо годы и дни недели,
а в туннеле дым,
но огни горят,
мы летим в какие-то параллели,
сквозь миры, на красный,
на всё подряд,
наугад, сквозь ад, не сбавляя скорость,
потеряв и компас, и свет в ночи,
и твердим друг другу – держись, не бойся,
не теряй рассудок,
не соскочи.


20 июля 2014, «поезд»,
Мария Махова.
Tags: 20, 20 июля, 2007, 2009, 2014, 21 век, Всеволод Емелин, Инна Лиснянская, Мария Махова, Ян Бруштейн, июль, стихи нашего времени
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments