?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
24 июля, Из жизни поэтов. 21 век
I am
vazart
                         ...sicut umbra declinaverunt...


От луча уклоняется тень,
Равнодушно скользя циферблатом.
Как же мало осталось теперь
До последнего плеска заката,
До песком обернувшейся речки,
До земли, перепаханной взрывом,
До иссохшей, как память, травы
И украденной речи.

Примечание: Улица Малая Лубянка, дом 12, строение А. Солнечные часы на здании приюта у Храма Святого Людовика. Девиз из сто первого псалма переводится "как уклоняющаяся тень". Строка целиком "Дни мои – как уклоняющаяся тень, и я иссох, как трава." "sicut umbra declinaverunt" - "Dies mei sicut umbra declinaverunt, et ego sicut fnum arui".

  ***
Пойдём со мной в старинные дворы,
где каждое окошко, как визитка,
хозяев и судьбы. Наивная попытка
коснуться прошлого, живого до поры,
пока десятым чувством ощущаем
непрочную натянутую нить
из времени, которое любить
нельзя, но почему-то кажется нам счастьем.
  ***
Стою, стоишь, стоит, стоим, стоят.
Здесь, кажется, и воздух намагничен.
Поводья нервно тискает возничий,
На третьем транспортном привычный ад…

О, посмотри в разрывы в облаках,
Впитай последние частицы лета,
Запомни этот день и небо это,
И время «пик» на солнечных часах.


24 июля 2014 года, «Часы», Татьяна Комиссарова, 2014.

Папки и клей, дыроколы и скрепки
В прошлое канули, впрочем, без спешки.
Факты грызу я, как белка орешки, —
Вся моя жизнь разместилась на флешке.

Там потолок древнегреческой лепки
И нефтяные ажурные вышки.
Моря Каспийского пёстрые вспышки,
Взлёты любви и восторга излишки.

Позже — поля васильков и сурепки,
Злая любовь и вторая попытка
Кров обрести, где в столицу калитка.
Вот и от шарика долгая нитка
Ищет какой-нибудь в мире зацепки…
Вот и качу с чемоданом тележку
В аэропорте. И прячу в усмешку
Шарик воздушный — железную флешку.


24 июля 2007, Инна Лиснянска, "Флэшка" (посвящение Ольге Клюкиной).


И смерть становится привычкой,
И не подвластна жизнь уму.
Но вдруг ночная электричка
Напополам разрежет тьму.

И подхватив озноб колесный,
Зажав соломинку во рту,
Поделишь жизнь на до и после
И загоришься на ветру.


24 июля 2012 года, Юрий Воротнин.

В Лихоборах, в Лихоборах
Тополиный пух как порох -
Искру высеки!
Но проходят дни негромко,
Словно здесь у жизни кромка
Или выселки.
И деревья за домами -
Будто долго их ломали
Или комкали...
И старухи из оконцев
Сверлят взглядом незнакомцев
С незнакомками...
Всё под боком или рядом,
Под надзором и приглядом -
Во спасение!
Лишь качнется где-то ветка,
А уже несет разведка
Донесение.
Знает каждый в Лихоборах
С кем гуляет дядя Борух,
Нос горбинкою.
Он у фельдшера ночует,
А она его врачует
Аскорбинкою.
Он приходит пьяный в стельку,
А она его в постельку -
Пух да перышки.
Все перины и подушки
Её сирой комнатушки
Лишь для Борушки!
Столько боли на подоле...
Не скупа ты, бабья доля,
Непогожая!
Опустила руки грузно
И глядит с иконки грустно
Матерь Божия.


24 июля 2012, Игорь Царев, "Лихоборы".