?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
10 октября. Зёрна дня Александра Блока
I am
vazart
У Александра Блока есть четыре (!) стихотворения от 10 октября, написанных в промежутке десяти лет. Первое зерно упало в стезю этого дня в 1902 году:
Свобода смотрит в синеву.    
Окно открыто. Воздух резок.
За желто-красную листву
Уходит месяца отрезок.

Он будет ночью - светлый серп,
Сверкающий на жатве ночи.
Его закат, его ущерб
В последний раз ласкает очи.

Как и тогда, звенит окно.
Но голос мой, как воздух свежий,
Пропел давно, замолк давно
Под тростником у прибережий.

Как бледен месяц в синеве,
Как золотится тонкий волос...
Как там качается в листве
Забытый, блеклый, мертвый колос...


10 октября 1902


"Мертвый колос" - запомним этот образ.

Человеку всего 22 года, но, похоже, эта жизнь идет плотнее обычной: день по чувствам вмещает два, а то и больше, среднеобывательских. Зерна впечатлений, отмирая, дают жизнь колосьям стихов. 10 октября 1905 года взошли такие строки:
                   

Вот Он - Христос - в цепях и розах
За решeткой моей тюрьмы.
Вот агнец кроткий в белых ризах
Пришeл и смотрит в окно тюрьмы.

В простом окладе синего неба
Его икона смотрит в окно.
Убогий художник создал небо.
Но лик и синее небо - одно.

Единый, светлый, немного грустный -
За ним восходит хлебный злак,
На пригорке лежит огород капустный,
И берeзки и eлки бегут в овраг.

И всё так близко и так далёко,
Что, стоя рядом, достичь нельзя,
И не постигнешь синего ока,
Пока не станешь сам как стезя...

Пока такой же нищий не будешь,
Не ляжешь,  истоптан, в глухой овраг,
Обо всeм не забудешь, и всего не разлюбишь,
И не поблекнешь, как мeртвый злак.


10 октября 1905, Александр Блок

Опять этот символ - мертвый злак! Но это мало. В тот же день поэт взрастил и убил еще одно зерно - зерно революции

МИТИНГ

Он говорил умно и резко,
   И тусклые зрачки
Мотали прямо и без блеска
   Слепые огоньки.

А снизу устремлялись взоры
   От многих тысяч глаз,
И он почувствовал, что скоро
   Пробьет последний час.

Его движенья были верны,
   И голос был суров,
И борода качалась мерно
   В такт запыленных слов.

И серый, как ночные своды,
   Он знал всему предел.
Цепями тягостной свободы
   Уверенно гремел.

Но те, внизу, не понимали
   Ни чисел, ни имен,
И знаком долга и печали
   Никто не заклеймен.

И тихий ропот поднял руку,
   И дрогнули огни.
Пронесся шум, подобный звуку
   Упавшей головни.

Как будто свет из мрака брызнул,
   Как будто был намек...
Толпа проснулась. Дико взвизгнул
   Пронзительный свисток.

И в звоны стекол перебитых
   Ворвался стон глухой,
И человек упал на плиты
   С разбитой головой.

Не знаю, кто ударом камня
   Убил его в толпе,
И струйка крови, помню ясно,
   Осталась на столбе.

Еще свистки ломали воздух,
   И крик еще стоял,
А он уж лег на вечный отдых
   У входа в шумный зал...

Но огонек блеснул у входа...
   Другие огоньки...
И звонко брякнули у свода
   Взведенные курки.

И промелькнуло в беглом свете,
   Как человек лежал,
И как солдат ружье над мертвым
   Наперевес держал.

Черты лица бледней казались
   От черной бороды,
Солдаты, молча, собирались
   И строились в ряды.

И в тишине, внезапно вставшей,
   Был светел круг лица,
Был тихий ангел пролетавший
   И радость — без конца.

И были строги и спокойны
   Открытые зрачки,
Над ними вытянулись стройно
   Блестящие штыки.

Как будто, спрятанный у входа
   За черной пастью дул,
Ночным дыханием свободы
   Уверенно вздохнул.


10 октября 1905, Александр Блок


Это зерно пролежит мертвым 12 лет, но возродится побегами 17-го года и "Двенадцатью", а через пять лет в почву времён падает зерно самого стойкого сорта:
Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века -
Все будет так. Исхода нет.

Умрешь - начнешь опять сначала
И повторится все, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.


10 октября 1912


Не то что четверти века, но и десяти лет не удалось после написания этого стихотворения прожить поэту, зато остался НЕПОВТОРИМЫМ.