?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
21 октября. На полустанках 1941-го
I am
vazart
КОРНЕЙ ЧУКОВСКИЙ

21/Х. Мы уже в Азии. Третьего дня на одной из станции Чкаловской (Оренбургской) области мы видели польское войско. Выползали из разных вагонов худые, но импозантные люди в тощих шинелишках, театрально козыряя друг другу. Столпились у будки, на которой написано Stacja*№ 1 (Остановка -польск.). Расшитые серебром картузы и шинели были некогда очень эффектны, теперь все это истрепалось до лохмотьев — и все же сохраняет важный вид. Впрочем, неск. офицеров одето с иголочки.
— Куда вы?— спрашиваю у одного из поляков.
— В Бузулук. Там наша армия.
— Климат в этих местах, кажется, очень хорош.
— У нас в Польше лучше.


МИХАИЛ ПРИШВИН

21 Октября. Временная зима сходит, все киснет. Вчера весь день посвятили добыванию продовольствия, картофель, сало добыл. Коммунист чрезвычайно волнуется тем, что ему не шлют машину для бегства. В шутливой форме я хотел было показать ему, почему я не коммунист: - Сидит на заборе 15 воробьев, коммунист сделает из них среднее арифметическое, возьмет 1/15-ю всех этих воробьев и скажет «се воробей». Вы спросите: средний воробей еще не личность, дайте мне личность воробья. На это вы скажете, что не имеете возможности дать им работу, но если бы воробьи могли бы работать, то среди них оказались бы отличники, стахановцы и орденоносцы.
Так понимает коммунист личность, я же, как художник, силою родственного внимания нахожу среди 15 живых существ их существенные отличия и достигаю того, что эти 15 окажутся все разными, как люди. Для нас художников нет ничего враждебнее, как отношение к живым существам на основании общих для всех них признаков, что все чирикают и все клюют. Вот почему я не пошел в партию...
Коммунист ничего не сказал мне в ответ: он действительно такой и больше ничего не понимает.
Я перевел разговор на свой архив, что вот какое великое для меня дело: я, хотя и с риском жизнью, но архив свой спас. -Здесь он тоже не в безопасности, - ответил он. И с ненавистью стал говорить о том, что немцы жгут книги, библиотеки, истребляют все дочиста. Я не стал возражать <вымарано: а про себя для немца придумал защитную фразу: «Ichbin em [Schriftsteller], aberkein [Feind]» («Я [писатель], а не [враг]» -нем.)

Этот разговор напомнил мне, что с самого начала я стал против большевиков, наверно, по таланту художника, что пусть это столкновение личного и общественного начала существует во всяком государстве, но только у большевиков это явилось без буфера, и правда их стала ложью. А произошло это у них оттого, что коммунист как духовное существо стал материалистом и личность человеческая, бывшая поводом <вымарано: к коммунизму, сделалась> средним числом. Значит, попросту: <вымарано: в 1917 году большевики не должны были брать власть>
Надо помнить на Болоте, что взятие немцами Москвы есть болотное событие, но не конец войны, что даже завоевание всей России немцами есть лишь крупный эпизод всемирной войны, что большевики еще могут питаться союзом с Америкой против Японии.
Открыл занавеску, загасил лампу. В бору еще остались, как весной, пятнышки снега, и основания деревьев окутаны белеющим паром. Невозможно бы узнать - весна это или осень, если бы не память и особое чувство осенней принижающей безнадежности вместо весенней подымающей бодрости.
Мы теряемся, как стволы деревьев в тумане, перед грядущим, возможно ужасным и унизительным. Особенно жутко вспомнить, что в программе фашистов будто бы есть цель уничтожения славян.
Пусть, пусть! Только бы поскорей открылась завеса, скрывающая от нас правду той стороны. Лично мне довольно было бы даже того, чтобы я мог... И вот мне кажется, что как бы ни был немец велик своими победами, меня лично и вообще лично русского ему никогда не победить. Пройдет немного десятилетий тесного соприкосновения русских с немцами, и скрытно-умный и стерегущий глаз русского человека, устремленный на немца, заискрится внутренним смехом.
....
Бог не постепенно создавал человека, как сказано в <зачеркнуто: Библии> книге Бытия, и не класс за классом и вид за видом, как у Дарвина. С самого начала Бог думал о человеке, и все животные, растения, даже вода и свет, и звезды, и твердь, и земля были начальными этюдами частей всего человека. И когда наконец удалась самая личность человека и он начал жить, то и все пробы его создания вместе с ним, как природа, стали жить по законам их создания в пространстве и времени. Возможно, что для божественной воли все это произошло в одно мгновенье, но нам оно представляется как длинная история человечества, десятки тысячелетий культуры и цивилизации. В этом свете вечности нет ничего смешнее попыток ученых путем изучения костяков животных и сравнения их костей с костями человека, сравнительной анатомии добраться до обезьяны и от обезьяны до человека...
Почему диктатура пролетариата оказалась столь бесчеловечной?


  • 1
Посмотрела сводку.
Эти события для меня - тёмное пятно.
"Недорасстрелянные"...

Сколько великомучеников требовал ненасытный молох!

  • 1