?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
18 ноября. В ходу войны
I am
vazart
написаны эти стихи.

1941:


VI
Смерть на все накладывает лапу.
Страшно мне на Чистополь взглянуть.

Арестантов гонят по этапу,
Жгучим снегом заметает путь.

Дымом горьким ты глаза мне застишь,
Дикой стужей веешь за спиной
И в слезах распахиваешь настежь
Двери Богом проклятой пивной.

На окошках теплятся коптилки
Мутные, блаженные твои.
Что же на больничные носилки
Сын твой не ложится в забытьи?

В смертный час напомнишь ли о самой
Светлой доле - и летишь опять,
И о чем всю ночь поешь за Камой,
Что конвойным хочешь рассказать?


18 ноября 1941.


VII
Нестерпимо во гневе караешь, Господь,
Стыну я под дыханьем твоим,
Ты людскую мою беззащитную плоть
Рассекаешь мечом ледяным.

Вьюжный ангел мне молотом пальцы дробит
На закате Судного дня
И целует в глаза, и в уши трубит,
И снегами заносит меня.

Я дышать не могу под твоей стопой,
Я вином твоим пыточным пьян.
Кто я, Господи Боже мой, перед тобой?
Себастьян, твой слуга Себастьян.


18 ноября 1941.


Арсений Тарковский, шестое и седьмое из "Чистопольской тетради".


Собрав в кулак все ветры полевые,
Войдет в права январская пурга,
Тяжелое проклятие России
Сугробами навалит на врага.

Над ним зима опустит тучи низко,
Под ним навек окаменеет лед,
Его от нашей ярости сибирской
Немецкая фуфайка не спасет.

Ни Гамбурга, ни Штеттина, ни Кельна
Он не увидит, только смерть в упор.
Вперед — нельзя итти, борьба — бесцельна,
Огонь и снег — таков наш приговор.

На беззащитных вымещал ты злобу,
Детей расстреливал «отважно», трус!
А ну-ка, вьюга какова на пробу?
А ну-ка, пуля какова на вкус?

Не залечить тогда смертельной раны,
Нигде тогда спасенья не ищи,
Когда возьмут российские бураны
Немецкие дивизии в клещи —

Встает рассвет, расколотый снарядом,
Уходит в белой изморози тьма...
Идут бойцы, идет с бойцами рядом
Великая союзница — Зима.

«Зима». Михаил Светлов, Северо-Западный фронт.
18 ноября 1942 года, "Красная звезда".



Наглый немец
шел по миру
И жирел,
гребя наживу.
Нынче немцу
не до жиру:
Самому хоть
быть бы живу!

18 ноября 1943, «Не до жиру, быть бы живу»,
Дмитрий Кедрин.