?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
9 декабря. Вместе и врозь
I am
vazart
У надменной Вселенной изысканно холодны руки...
Не согреть их ни яростным звездам, ни углям Аида.
Миллиардами лет в этом мире копилась обида,
Заполняя дырявый кувшин на божественном круге.

Так на что мы надеемся, сидя на кухне за чаем,
Обнимая друг друга, и глядя в бездонную полночь,
Где кричит, заблудившись, бездомная «скорая помощь»,
И молчит телефон, на звонки больше не отвечая?..

Черным крепом задернуто небо и тьмою кисейной.
Но так хочется верить наивным пророчествам Ванги,
Что однажды с рассветом на землю опустится ангел
И оттают молочные реки и берег кисельный.

Мы не вечны, но тем и бесценны любимые руки,
И та странная ночь, и тот чай с ароматом лимона,
И то время, когда со стены мы снимаем «Кремону»
И поем про дырявый кувшин на божественном круге.

Безмятежно, как боги, взирая в бездонную полночь,
Обнимаем друг друга у самого звездного края,
Где незримые силы седыми мирами играют,
И беспомощно плачет бездомная «скорая помощь»…


9 декабря 2002 года, «Полуночный чай с лимоном»
, Игорь Царев



Мерцает свеча на столе, ещё насторожена лайка…
Я месяц живу на земле, в конверте из красного байка.

Пока ещё небо в душе, пока ещё ум не в потребе.
Но я забываю уже все то, что запомнил на небе.

Губу, закусив до синя, я знаю, ныряя в бессилье,
Что завтра, как крестик, меня прицепят к цепочке России.

Мой ангел угли ворошит, и греет дыханием дачу…
Я знаю, что буду большим, но все-таки плачу и плачу.

Стихает мерцанье свечей, одна, и другая погасла…
Но, как на ладони своей, я вижу до ужаса ясно:

Вот мир – ворожбы и сутан, за ним – в неисчерпанной тайне:
Отец, как осенний туман, и мать, словно солнце в тумане.


2012, «9 декабря»,
Михаил Анищенко-Шелехметский (09.11.1950 – 24.11.2012),
(стихотворение поэта сохранила Нина Пьянкова).


Мои друзья почти не пишут,
своё жевалое жуют,
ругают власть, с одышкой дышат,
работу ищут, водку пьют.

Себя теряют  и находят,
летят на русских почтовыхъ,
на волжских пристанях уходят,
на яффских улочках кривых.

И оставляют дивных женщин,
роняют лёгкое весло…
Моих друзей земных всё меньше,
небесных множится число.

И посреди  просторов этих
в лугах – в снегу или в траве –
я не могу просить не петь их
в моей чугунной голове.

Гудят, как волжский пароходик,
шуршат, как высохший песок…
А жизнь идёт, друзья уходят,
как снег прошёл наискосок.


9 декабря 2012, «Друзья»,
Алексей Ивантер

Вышел чёрт с лишаём на губе.
Дунул- плюнул, и жизнь пошатнулась.
Чёрт сказал: « Каждый сам по себе».
И послушалась Русь. И заткнулась.
И с тех пор не поёт ямщика
За столом в полупьяном базаре.
Потому что боится слегка.
Как бы дурой её не назвали.

И с тех  пор всё крикливей  базар,
Всё надменней заморские флаги.
Потому что так чёрт приказал,
Приложившись печатью к бумаге.
Знает чёрт, кто – в шелках, кто в грязи,
Кто удавку припас, кто – обьятья.
Каждый сам по себе на Руси.
Вот уж вляпались,
Сёстры и братья.


9 декабря 2013, «Весёлый черт»,
Чепурных Евгений Петрович


Когда виски белеть пойдут акацией,
когда откажет клиника глазная,
последняя случится нам оказия –
посмотрим и друг друга не узнаем.

Ромашковой пыльцою, серой пылью ли
запорошит последние денёчки:
но если были вместе, значит, были мы
совсем не тем, чем были в одиночку.

Так ангел притворяется калекою,
и золотится таволга Ордою,
так атомы становятся молекулой –
то ДНК, то спиртом, то водою.


9 декабря 2014 года,
Михаил Свищёв.


жизнь каждый день увеличивает нажим,
вряд ли укроешься и за замковым кодом.
я ощущаю себя машиной среди машин,
а не пешеходом среди пешеходов.

мне это нравится – в общем потоке плыть,
неукоснительно следуя принятым правилам.
чисто, комфортно, в просторном авто теплынь,
сумку не стибрят, где б ты ее ни поставила.

cтерилизую воздух, собак, еду -
нет внешней пыли, чуждых следов, инфекции.
наша пробирочность, вшитая в тело и дух,
знак эволюции, наглухо заперший сердце.   


9 декабря 2015 года, «В машине»
, Татьяна Комиссарова