?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
20 января. XXI век. Избранное этого дня
I am
vazart
пока состоит из пяти стихотворений пяти авторов.

…Все мы родом из начальной школы,
где по воле Божией, сперва,
до того, как жечь сердца глаголом,
буквы изучали и слова.
Школа далеко была от  дома –
в паре километров, через лес
в сказочных купеческих хоромах.
Сам купец давным-давно исчез
где? когда? – уж так ли это важно
он обрёл могилу и покой?…

Дом просторным был и двухэтажным,
на округу всю – один такой.
Из окошек школы – дали-шири,
лес, поля, рябина на меже
(размещались классы – все четыре –
на втором, весёлом этаже).
В сентябре, когда желты и голы
становились рощи и поля,
журавли курлыкали над школой –
мы махали дружно журавлям.
В феврале топились в классах печи,
был у печек тёплым каждый бок.
Ну а мы, открыв «Родные речи»,
Пушкина учили назубок:
«Буря мглой…» от печек жаром тянет,
на дворе не вьюга, а мороз.
И мне жалко пушкинскую няню
отчего, не знаю сам – до слёз.

В памяти моей опять и снова
в класс, за парту, возвращаюсь я.
…Как ты там, в глуши лесов сосновых
школа жизни главная моя?
         

20 января 2004 года, Александр Росков,
Roscov

В стране с крутыми виражами, где легче с пристани бултых, поэтов бабы нарожают, и лихоимцев и святых. За Истрой и за Одинцово, как ни верти и ни крути, лежит в земле горох свинцовый, и ждёт, когда ему взойти.
   И хоть молись, хоть водку пьянствуй, хоть в ус не дуй жене назло – не быть тут вольнице цыганской, а быти сечи за бабло.
   А свет не меркнет поднебесный, и пахнет хлебом дым густой, постой-постой ещё над бездной в руке с чекушкою пустой.


20 января 2009 года, «Сладкий жмых»,
Алексей Ивантер

Утром, в туманный час,
Слезы утру украдкой:
Жил музыкант меж нас –
Боря Бершадский.

Жил. По теченью плыл.
Передохнет. И дальше…
Музыку он любил –
Искреннюю. Без фальши.

Жизнь прошла, как вода –
Полая да весенняя.
Там… у него всегда
Светлое воскресение.

Чист его дольний путь.
Ноты бессонные,
Как облака, плывут
Белой симфонией.

В сердце утихла боль,
В нежном и трепетном…
Эй, помолчите, что ль,
Разные реперы!

Снова уйду в туман.
Слезы утру украдкою.
Слышу – звучит баян
Бори Бершадского.

Выйду к реке. А там
Чайки да утицы.
Ах, как поет баян!
Или мне чудится?

Солнце взойдет. Чисты
Улицы памяти.
В небе лишь крест судьбы
В солнечном пламени.


20 января 2013 года, «Памяти музыканта»,
Александр Александрович Логинов

Как звон колокольный гудёт,
Как дух колокольный плывёт,
Как мир колокольный живёт
Степенно и скрыто.
Там ходит смешливый народ,
Там греется пёс у ворот.
Там нет  холуёв и господ,
Ментов и бандитов.

Под липовым цветом густым,
Волнующим и молодым,
Там мы с моим другом сидим,
Чуть справа от бани.
А в бане – прекрасный парок
И очень высокий полок.
И тянется к небу дымок
Соломкой в стакане.

Забыта кровавая пыль,
Высокий и будничный штиль,
Забыта цветная кадриль
И чёрная пашня.
Попарились – и хорошо.
Оттаяли – и хорошо.
Очистились – и хорошо.
И больше – не страшно…


20 января 2014 года, «И я там жил…»,
Чепурных Евгений Петрович




Всё прошло как не бывало,
память еле шелестела,
жизнь по капле утекала,
тело медленно пустело.

Зеркала ещё глядели
на растерянную милость,
а дыханье на пределе
в небеса уже стремилось,

оставляя эту малость
неприкаянного тела,
что отчаянно старалось
и прощаться не хотело.

В ожидании улова
чуть подрагивали сети
и неслышно стыло слово
на губах в холодном свете

заполуночного бденья,
безнадёжного старанья
вырваться из сновиденья
то зиянья, то сиянья.

Льнула к векам слёз отрада,
лампа тлела вполнакала
и по паутинке взгляда
жизнь в меня перетекала.


20 января 2015 года, Виктор Каган,
vekagan