Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

26 января. Из волны эфемерности

                                     Посв. В. И. Полю

Спадая ризою с дымящихся высот
крутого рая -- Слава! Слава! --
клубится без конца, пылает и ползет
поток -- божественная лава...

И Сила гулкая, встающая со дна,
вздувает огненные зыби:
растет горячая вишневая волна
с роскошной просинью на сгибе.

Вот поднялась горбом и пеной зацвела,
и нежно лопается пена,
и вырываются два плещущих крыла
из пламенеющего плена.

И ангел восстает стремительно-светло,
в потоке огненном зачатый,
-- и в жилках золотых прозрачное крыло
мерцает бахромой зубчатой.

И беззаветную хвалу он пропоет,
на миг сияя над потоком,
-- сквозными крыльями восторженно всплеснет,
исчезнет в пламени глубоком.

И вот возник другой из пышного огня,
с таким же возгласом блаженства:
вся жизнь его звенит и вся горит, звеня,
и вся -- мгновенье совершенства.
___
И если смутно мне, и если даль мутна,
я призываю эти зыби:
растет горячая вишневая волна
с роскошной просинью на сгибе...


26. 1. 1923. Владимир Набоков, «Эфемеры»



Тише, хвала!
Дверью не хлопать,
Слава!
‎Стола
Угол — и локоть.

Сутолочь, стоп!
Сердце, уймись!
Локоть — и лоб.
Локоть — и мысль.

Юность — любить,
Старость — погреться:
Некогда — быть,
Некуда деться.

Хоть бы закут —
Только без прочих!
Краны — текут,
Стулья — грохочут,

Рты говорят:
Кашей во рту
Благодарят
«За красоту».

Знали бы вы,
Ближний и дальний,
Как головы
Собственной жаль мне —

Бога в орде!
Степь — каземат —
Рай — это где
Не говорят!

Юбочник — скот —
Лавочник — частность!
Богом мне — тот
Будет, кто даст мне

— Не времени́!
Дни сочтены! —
Для тишины —
Четыре стены.


Париж, 26 января 1926, Марина Цветаева


Марина Цветаева с мужем и двумя детьми переехала в Париж 1 ноября 1925 года. Их приютили русские друзья, выделив маленькую комнату в квартире на рю Рувэ, 8. Не иметь своего угла для работы и возможности побыть одной было тяжело.
В Париже семья Цветаевой прожила очень недолго, потом они жили в основном в пригородах французской столицы.

Никому не отмстила и не отмщу —
Одному не простила и не прощу
С дня как очи раскрыла — по гроб дубов
Ничего не спустила — и видит Бог
Не спущу до великого спуска век…
— Но достоин ли человек?..
— Нет. Впустую дерусь: ни с кем.
Одному не простила: всем.


26 января 1935, Марина Цветаева,
из цикла "Надгробие" написанного на смерть Н. Гронского



А когда надоест насвистывать
И мусолить беззлобный мат -
Я воскресну в смешной провинции,
Где бесчинствует мокрый март.

Деревянная песня форточек,
Деревянная злая плоть.
Здесь подолгу сидят на корточках
И умеют дрова колоть.

Это вечное - не изменится,
Падать дереву - без корней.
Причаститься бы всем поленницей -
Может, стали бы чуть умней.

Мы железом творим причастие -
Без железа не скручен кнут,
И к запястьям браслеты ластятся,
И замки на прицел берут.

Я воскресну в смешной провинции
Под веселый оконный стук.
Здесь моими плывут мизинцами
Струги разинских верных слуг.

Незаметно-сосново вырасту
Под березовый лепет-хмель.
Деревянные песни клироса,
Деревянная колыбель.

Только ждет - терпеливо-набожно,
(Как браслеты, кнуты, замки)
В деревянной стене елабужской
Гвоздь.
Как точка в конце строки.


26 января 2013, "Воскресну. Про дерево и железо", Вера Кузьмина, Веник Каменский
Tags: 1923, 1926, 1935, 20 век, 2013, 21 век, 26, 26 января, Вера Кузьмина, Владимир Набоков, Марина Цветаева, классика, стихи, стихи нашего времени, январь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments