?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
28 января. В зимний день-1
I am
vazart
По стихам прошлого века.

Окно по ночам голубое,
Да ветхо и криво оно:
Сквозь стекла расплющенный месяц
Как тусклое блещет пятно.
Дед рано ложится, а внучке
Неволя: лежи и не спи
Да думай от скуки. А долги
Осенние ночи в степи!
Вчера чумаки проходили
По шляху под хатой. Была
Морозная полночь. Блестели
Колеса, рога у вола.
Тянулась арба за арбою,
И месяц глядел как живой
На шлях, на шагавшие тени,
На борозды с мерзлой ботвой…
У Каспия тони, там хватит
Работы на всех – и давно
Ушла бы туда с чумаками,
Да мило кривое окно.


28 января 1911, Гелуан (под Каиром). «При дороге», Иван Бунин.



Зимний день идет к могиле,
Спотыкаясь, как старик,
Под покровом снежной пыли
Укрывая скорбный лик.

Каждый час, рожденный скукой,
Умерщвляется тоской,
И - как сердце пред разлукой, -
Плачет ветер ледяной.

Полускрыв лицо вуалем,
Ранних сумерек рука
Отдает себя печалям,
Тьму зовет издалека.
Полон боли и загадок,
Словно взор усталых глаз,
Грустен, длителен и сладок
Этих сумерек рассказ.

В нем бессилье примиренья
И о тайне тихий вздох,
В нем покорное прощенье
И забвение тревог!


28 января 1911, Кишкинка, «Зимний день», Александр Тиняков.



Могу ли не вспомнить я
Тот запах White-Rose и чая,
И севрские фигурки
Над пышащим камельком…

Мы были: я — в пышном платье
Из чуть золотого фая,
Вы — в вязаной чёрной куртке
С крылатым воротником.

Я помню, с каким вошли Вы
Лицом — без малейшей краски,
Как встали, кусая пальчик,
Чуть голову наклоня.

И лоб Ваш властолюбивый,
Под тяжестью рыжей каски,
Не женщина и не мальчик, —
Но что-то сильней меня!

Движением беспричинным
Я встала, нас окружили.
И кто-то в шутливом тоне:
«Знакомьтесь же, господа».

И руку движеньем длинным
Вы в руку мою вложили,
И нежно в моей ладони
Помедлил осколок льда.

С каким-то, глядевшим косо,
Уже предвкушая стычку, —
Я полулежала в кресле,
Вертя на руке кольцо.

Вы вынули папиросу,
И я поднесла Вам спичку,
Не зная, что делать, если
Вы взглянете мне в лицо.

Я помню — над синей вазой —
Как звякнули наши рюмки.
«О, будьте моим Орестом!»,
И я Вам дала цветок.

С зарницею сероглазой
Из замшевой чёрной сумки
Вы вынули длинным жестом
И выронили — платок.


28 января 1915, Марина Цветаева, десятое из цикла "Подруга" (1915).

________________________________________

Я проводил сегодня день улыбкой,
В мою печаль он вплел еще звено,
И вот душе взволнованной и зыбкой
На краткий миг раскрыться суждено.

Мне небеса светло проголубели,
И наяву держала Муза речь,
О том, что дар мне данный с колыбели
Я обречен от пошлости беречь.

Не мне кадить минутному кумиру
И возлагать фальшивые цветы
К его ногам и петь о славе миру
Во имя мишуры и суеты.


1921 г. 28 января. Пятница. Николай Минаев.




В войне нет правого: виновны все в войне
И нации, и классы поголовно.
Нет оправданья ни одной стране:
Кто взялся за оружье — все виновны.
К завоеванию призывы не должны
Поддерживаться мыслящей страною.
А для взбесившихся правителей страны
Есть наказанье площадное.


28 января 1940, «Виновны все», Игорь Северянин.


* * *
Узнаю тебя, молодость: голод;
В темной комнате холод и мрак;
Ум тревогой тяжелой надколот, –
И вплотную под городом враг.

Было только не так одиноко,
Было только тоскливо не так:
Ветер с юга и солнце с востока
Залетали ко мне на чердак.

Да и было терпенье "во имя",
Хоть не помню, во имя чего,
Что делил я с друзьями моими,
И люблю я друзей оттого...

Нет, не молодость. Только похоже, –
Но похуже: темней, холодней;
И стихи – отражение дрожи,
Черной ряби на заводях дней.


28.I.1942, Георгий Шенгели.