April 28th, 2015

Сокол

Есть только МиГ - за него и держись!

Не мог пройти мимо такого видео: сначала учился и работал в городе летчиков-испытателей Жуковском, потом еще работал и в КБ Микояна.
Оригинал взят у terranova2017 в Железные нервы. Посадка МиГ-АТ с разрушенным хвостом!
А ведь это не симулятор, а реальный полет живого летчика

Аварийная посадка МиГ-АТ: Во время испытаний в 1997 г. произошло разрушение хвостового оперения. Пилотирует Роман Таскаев.
Поразило хлоднокровие и еще просьба машину возле подъезда поставить (с другой стороны он летчик-испытатель и уже дважды катапультировался, так что не впервой)




Ниже короткий рассказ о летчике.
Роман Петрович Таскаев (род. 14 октября 1954, Хилок, Читинская область) — Заслуженный лётчик-испытатель Российской Федерации (1998), Герой Российской Федерации (1992).
В 1967—1971 гг. занимался планерным и парашютным спортом в Читинском аэроклубе.


Collapse )
Сокол

28 апреля. Между встречей и невстречей


Повторю в канун разлуки,
Под конец любви,
Что любила эти руки
Властные твои

И глаза — кого-кого-то
Взглядом не дарят! —
Требующие отчёта
За случайный взгляд.

Всю тебя с твоей треклятой
Страстью — видит Бог! —
Требующую расплаты
За случайный вздох.

И ещё скажу устало,
— Слушать не спеши! —
Что твоя душа мне встала
Поперёк души.

И ещё тебе скажу я:
— Всё равно — канун! —
Этот рот до поцелуя
Твоего был юн.

Взгляд — до взгляда — смел и светел,
Сердце — лет пяти…
Счастлив, кто тебя не встретил
На своём пути.


28 апреля 1915, Марина Цветаева (из цикла «Подруга»).



Серафим - на орла! Вот бой! -
Примешь вызов? - Летим за тучи!
В год кровавый и громовой -
Смерть от равного - славный случай.

Гнев Господень нас в мир изверг,
Дабы помнили люди - небо.
Мы сойдемся в Страстной Четверг
Над церковкой Бориса - и - Глеба.



Марина Цветаева. Москва, Вербное воскресенье 1918, 28 апреля, посвящено Евгению Вахтангову



В часы трудов счастливых и угрюмых
моя благая слушает тоска,
как долгой ночью в исполинских думах
ворочаются в небе облака.

Ударит и скользнет Господь по лире,
здесь отзвук -- свет еще одной зари...
Здесь все творит в сладчайшем этом мире
и от меня все требует: твори.

Гул дантовский в тебе я слышу, тополь,
когда ты серебришься пред грозой,
и муравьиный вижу я Акрополь,
когда гляжу на хвойный холм живой.

Поет вода, молясь легко и звонко,
и мотыльковых маленьких мадонн
закат в росинки вписывает тонко
под светлый рассыпающийся звон.

Так как же мне, в часы нагие ночи
томясь в себе, о, как же не творить,
когда весь мир, весь мир упрямый хочет
со мной дышать, гореть и говорить?


28. 4. 1923. Владимир Набоков.


Collapse )
Сокол

Андрей Орлов. ДЕДЫ ВОЕВАЛИ, А МЫ ПОДРИСОВАЛИ


В брутальных наколках, что тот Мики Рурк,
Катил на Берлин Александр Хирург,
А если взглянуть на него со спины –
Там орден Отечественной Войны,

Но надпись «Отечественная Война»
Дизайнером-байкером заменена.
Читаем:«Российские мотоциклисты»,
И это не всё. В самый центр вглядись ты,
А там уже нету серпа-молотка,
Там скалится хищная морда волка.
Понравиться чтоб ветеранам, похоже,
На орден прилеплена злобная рожа.

Таможенник польский «пшепрашем» сказал
«Волкам» от ворот поворот показал.
А может, колонне маршрут изменили
За то, что они ордена осквернили?
Решили поляки: чего от них ждать?
Их лучше в Европу пока не пускать:
Все в коже, в бородках, подобно Кончите…
Короче, «Нельзя, довидзення, простите!»
Таможенник польский, по-моему, прав,
Узрев нарушенье законов и прав:
Сегодня они ордена изменяют,
А завтра чего-то присоединяют,
А эти красивые русские флаги –
Для мэрий Варшавы, Берлина и Праги?
Ну, в общем решили – Европе не надо
Парней с самодельной наспинной наградой.
И что же, расстроилась волчья команда?
- Нет! – крикнул Хирург, – Потому, что мы – банда!