November 20th, 2015

Сокол

20 ноября. День памяти Льва Толстого

Из дневниковых записей Михаила Пришвина от 20 ноября.

1944:
Читаю «Отцы и дети» Тургенева, и у хорошего счастливого когда-то автора до того плохо написано, до того выдуман Базаров. Еще неприятна легкость французская и щегольство стилем.
Неколебимые остаются: Пушкин, Лермонтов, Толстой, Гоголь, Достоевский, Крылов, Грибоедов, Тютчев, Фет и, надеюсь, что Блок, Розанов, Бунин, Горький. И кто еще? Чехов. Пересмотреть иностранцев. Начинаю с Диккенса.


1945:
Та же погода, как вчера и как 35 лет тому назад, когда умирал Лев Толстой. Вычитал в «Правде» их статьи Красного профессора и представителя ЦК: это хороший пример увлекающей аморальности всякой специальности, в том числе и литературной. (Ст. Еголина. «Правда», 19 Ноября 45 г.)
Душа всякого механизма состоит в однообразном повторении одного и того же, душа человека и всякого организма, напротив, единственна и неповторима.
Сокол

20 ноября. Потери и находки

Ты его потеряла в траве замирающей,
в мягком сумраке пряных волн.
Этот вечер был вздохов любви умоляющей
и любви отвечающей полн.

Отклонившись с улыбкой от ласок непрошеных,
от моих непонятных слов,
ты метнулась, ты скрылась в тумане нескошенных
голубых и мокрых лугов.

Я бежал за тобою сквозь дымку закатную,
но догнать я скоро не мог...
Ты вздыхала, раздвинув траву ароматную:
"Потеряла я башмачок!"

Наклонились мы рядом. Твой локон взволнованный
чуть коснулся щеки моей;
ничего не нашли мы во мгле заколдованной
шелестящих, скользких зыбей.

И, счастливый, безмолвный, до садика дачного
я тебя донес на руках,
и твой голос звенел чище неба прозрачного
и на сонных таял цветах.

Как теперь далеко это счастье душистое!
Одинокий, в чужой стране,
вспоминаю я часто минувшее чистое,
а недавно приснилось мне,

что, бродя по лугам несравненного севера,
башмачок отыскал я твой --
свежей ночью, в траве, средь туманного клевера,
и в нем плакал эльф голубой...


20 ноября 1918, Владимир Набоков, "Башмачок".


Collapse )
Сокол

20 ноября. Через перекрестки утопий

В блаженном пламени восстанья
Моей тоски не утоля,
Спешу сказать мои желанья
Тебе, моя земля.

Производительница хлеба,
Разбей оковы древних меж
И нас, детей святого Феба,
Простором вольности утешь.

Дыханьем бури беспощадной,
Пожаром ярым уничтожь
Заклятья собственности жадной,
Заветов хитрых злую ложь.

Идущего за тяжким плугом
Спаси от долга и от клятв,
И озари его досугом
За торжествами братских жатв.

И засияют светлой волей
Труда и сил твои поля
Во всей безгранности раздолий
Твоих, моя земля.

20 ноября 1905, Федор Сологуб,
"Земле"

Collapse )
Сокол

20 ноября. Прощание с молодостью

Скоро уж из ласточек — в колдуньи!
Молодость! Простимся накануне…
Постоим с тобою на ветру!
Смуглая моя! Утешь сестру!

Полыхни малиновою юбкой,
Молодость моя! Моя голубка
Смуглая! Раззор моей души!
Молодость моя! Утешь, спляши!

Полосни лазоревою шалью,
Шалая моя! Пошалевали
Досыта с тобой! — Спляши, ошпарь!
Золотце моё — прощай — янтарь!

Неспроста руки твоей касаюсь,
Как с любовником с тобой прощаюсь.
Вырванная из грудных глубин —
Молодость моя! — Иди к другим!


20 ноября 1921, Марина Цветаева, второе из цикла "Молодость".

* * *

Без самовластия,
С полною кротостью.
Лёгкий и ласковый
Воздух над пропастью.

Выросший сразу,
— Молнией — в срок —
Как по приказу
Будет цветок.

Змееволосый,
Звёздоочитый…
Не смертоносный, —
Сам без защиты!

Он ли мне? Я — ему?
Знаю: польщусь,
Знаю: нечаянно
В смерть оступлюсь…


20 ноября 1921, Марина Цветаева.