September 11th, 2016

I am

11 сентября. Надоба

Я снова вхожу в эту реку: моему журналу  "Каждый день творения"  - 6 лет. Вхожу с прежним желанием. В чем-то повторюсь, что-то переставлю, что-то новое - дай Бог! - найду или открою для себя и вас.

Наконец-то встретила
Надобного — мне:
У кого-то смертная
Надоба — во мне.

Что́ для ока — радуга,
Злаку — чернозём —
Человеку — надоба
Человека — в нём.

Мне дождя, и радуги,
И руки — нужней
Человека надоба
Рук — в руке моей.

Это — шире Ладоги
И горы верней —
Человека надоба
Ран — в руке моей.

И за то, что с язвою
Мне принёс ладонь —
Эту руку — сразу бы
За тебя в огонь!


11 сентября 1936, Марина Цветаева, шестое из цикла "Стихи сироте".

________________________________________
I am

11 сентября. Надоба. XIX век


Увы, что́ нашего незнанья
И беспомо́щней и грустней?
Кто смеет молвить: до свиданья
Чрез бездну двух или трех дней?


11 сентября 1854, Федор Тютчев.



Ночь уносит голос страстный,
Близок день труда...
О, не медли, друг прекрасный,
О, приди сюда!

Здесь свежо росы дыханье,
Звучен плеск ручья,
Здесь так полны обаянья
Песни соловья!

И так внятны в этом пеньи,
В этот час любви,
Все рыданья, все мученья,
Все мольбы мои!


11 сентября 1857, «Серенада Шуберта», Алексей Апухтин.

Примечание: в России серенаду Шуберта поют на стихи Николая Огарева.

Песнь моя летит с мольбою тихо в час ночной.
В рощу лёгкою стопою ты приди, друг мой.
При луне шумят уныло листья в поздний час,
Листья в поздний час.
И никто, о друг мой милый, не услышит нас,
Не услышит нас.
Слышишь, в роще зазвучали трели соловья,
Звуки их полны печали, молят за меня.
В них понятно всё томленье, вся тоска любви,
Вся тоска любви.
И наводят умиленье на душу они,
На душу они.
Дай же доступ их призванью, ты душе своей,
И на тайное свиданье ты приди скорей!
Ты приди скорей!
I am

11 сентября. Надоба. XX век

Подслушанные вздохи о детстве,
когда трава была зеленее,
солнце казалось ярче
сквозь тюлевый полог кровати

Collapse )
I am

11 сентября. Надоба. XXI век

Я помню такое: однажды я вышла из дома.
Мне было так больно, что не было сил оставаться
нигде, ни за что, будто кто-то по умыслу злому
весь мир изменил и меня заставлял изменяться -
о, как я желала хотя бы какого-то знака!.
О, как я хотела хотя бы во что-то уткнуться!
Хотя бы в дворовую, вечно-больную собаку,
которой костей приносила я каждое утро,
но не было Рыжей, все спали на свете, все спали,
все в мире не знали, зачем я, куда и откуда,
и кто, кроме неба, мог видеть и слышать печали,
которые рвали, которые были повсюду,
о, как я бежала!.. о как разгребала руками
и лето, и мысли, и воздух поганых вокзалов,
о, как я хотела, чтоб мне отвечали стихами!..
не речью – стихами – тогда бы я всё понимала,
но мир отвечал междометьями, паузой, бранью,
мир НЕ ОТВЕЧАЛ, мир навеки в себе растворился,
как будто таблетка в гранёном и мутном стакане,
которая тоже наполнена страхом и смыслом…
…Уткнувшись во двор, непонятно в какой, сев на землю,
я плакала, будто дитя, потерявшее кровлю.
Ко мне подошли две старушки, два ангела ветхих,
и молча меня согревали далёкой любовью…
Не пели и не утешали, стояли в печали,
я им говорила стихами, мне так было проще….
И, кажется, что мне стихами они отвечали,
и, кажется, что они ждали меня этой ночью…
Всё правда, мой друг – я давно не умею другого.
Что было короче – то стало сильнее и чаще…
Что старость - ты скажешь?.. Боюсь признавать это слово.
А я не боюсь. Я боялась. Теперь всё иначе.


11 сентября 2011 года,
Мария Махова

Collapse )
I am

День города. Царицыно. В дворцовых залах


1) В залах Оперного дворца в эти дни выставлены скульптуры из усадьбы Останкино. Мы надеялись, и еще было много таких, что за белым роялем будет сидеть Денис Мацуев, но министр московской культуры ввел всех в заблуждение, наврал по радио про выступление Дениса вечером на плавучей эстраде большого пруда. За Единую Россию голосовать не буду.

Collapse )