October 29th, 2016

I am

29 октября. Осенним утром в городе


Смотри, как много труб на крышах,
Печных старинных труб,
Как будто город ими дышит,
Проснувшись поутру,
Рассветом день вчерашний лечит,
И снегом трёт лицо,
Набросив на саженьи плечи
Садовое кольцо.
Еще чуть-чуть - и бодро двинет,
Покатит, заспешит,
И я стряхну холодный иней
С моей души.


29 октября 2009 года, «Утреннее»,
Татьяна Комиссарова

Сквозь август осень пробралась,
земной позолотила бок...
...зачахли парки, липнет грязь.

Нахмурил тучей лоб восток
и осветил небесный храм
огарком солнца над землёй,
благославляя горожан
холодной пасмурной зарёй:
им проходить в потоке дней
на утлых лодочках квартир
пороги жизни всё трудней...

Надутый верой круглый мир
спасёт бессмертную зарю
в бездонном небе…

Чем вполне
доволен я, когда смотрю
в сквозную рану на стене.


29 октября 2014 года, «Осенняя заря»,
Олег Жучков,
Олег Геннадиевич
I am

29 октября. В лесу осеннем

В лесу осеннем, обезлиственном,
Вдыхая прелый аромат,
Я стану вновь поэтом истинным,
Уйдя от городских громад.
Ногой по мшистой топи хлюпая
И жадно вслушиваясь в тишь,
Предам забвенью вздорно-глупое,
Что, город, ты в себе таишь.
Мне так неудержимо хочется
К сплошь проозоренным лесам,
Где станет вновь душа пророчицей
И я собою стану сам!

Таллинн, 29 октября  1935, «В лесу осеннем», Игорь Северянин.


Подпираю воздух плечом
А дорогу ступнёй торю.
Втайне ведая, что почём,
О возвышенном говорю. —
Для чего мне вести учёт
Злобе дня и его добру?
Если мир сегодня банкрот,
Человек — что рубль на ветру.
Но я трепета не люблю,
Вот и жму на все тормоза,
И глазами солнце сверлю,
И светило жмурит глаза.


29 октября 2008, Инна Лиснянская.
I am

29 октября. В память о прошлом и будущем

Тебе, когда мой голос отзвучит
настолько, что ни отклика, ни эха,
а в памяти -- улыбку заключит
затянутая воздухом прореха,
и жизнь моя за скобки век, бровей
навеки отодвинется, пространство
зрачку расчистив так, что он, ей-ей,
уже простит (не верность, а упрямство),

-- случайный, сонный взгляд на циферблат
напомнит нечто, тикавшее в лад
невесть чему, сбивавшее тебя
с привычных мыслей, с хитрости, с печали,
куда-то торопясь и торопя
настолько, что порой ночами
хотелось вдруг его остановить
и тут же -- переполненное кровью,
спешившее, по-твоему, любить,
сравнить -- его любовь с твоей любовью.

И выдаст вдруг тогда дрожанье век,
что было не с чем сверить этот бег, --
как твой брегет -- а вдруг и он не прочь
спешить? И вот он в полночь брякнет...
Но темнота тебе в окошко звякнет
и подтвердит, что это вправду ночь.


29 октября 1964, Иосиф Бродский.


От берега реки коса уводит вдаль
И лезвие своё в седые воды прячет.
Из красного песка
Я сделаю хрусталь,
Который запоёт, заговорит, заплачет.

Ты ногтем проведёшь по тонкому стеклу,
Ударит в дно янтарь амброзией хмельною.
«Пей!» - закричат друзья по шумному столу.
И запоёт хрусталь,
Который сделан мною.

Ты будешь танцевать до утренней звезды.
И влага в хрустале замрёт кружком усталым
Чуть ниже той черты,
Где губ твоих следы
Впечатаны в стекло малиновым овалом


29 октября 2013 года, «Где губ твоих следы»,
Чепурных Евгений Петрович
I am

29 октября. Божьи глаза

Это волчьи глаза или звезды - в   стволах на краю перелеска?
      Полночь, поздняя осень, мороз.
Голый дуб надо мной весь трепещет от звездного блеска,
      Под ногою сухое хрустит серебро.

Затвердели, как камень, тропинки, за лето набитые.
      Ты одна, ты одна, страшной сказки осенней Коза!
Расцветают, горят на железном морозе несытые
      Волчьи, божьи глаза.


"СКАЗКА О КОЗЕ". 29.Х.1915,  Васильевское. Иван Бунин



Уповаю на Божью милость к лучшим из нас, грешниов, но воспротивившихся воле Его от усталости и кажущейся безысходности.

Чего ты снишься каждый день,
Зачем ты душу мне тревожишь?
Мой самый близкий из людей,
Обнять которого не можешь.

Зачем приходишь по ночам,
Распахнутый, с веселой челкой,
Чтоб просыпался и кричал,
Как будто виноват я в чем-то.
И без тебя повалит снег,
А мне все Киев будет сниться.
Ты приходи, хотя б во сне,
Через границы, заграницы.


Эти строчки Геннадий Шпаликов адресовал 29 октября 1974 года (за два дня до гибели) своему другу, писателю Виктору Некрасову, который уже из эмиграции писал позже друзьям:

"С Генкой,мы в этом году как-то опять сблизились. Беспутный, жуткий алкаш… но дьявольски талантлив и очень хороший парень. И несчастный. И одинокий. И вот не выдержал. В последний раз мы бродили с ним по вечерней майской Москве, пили кофе, он подлечился, завязал тогда, и он все просил меня: "Возьми меня с собой… Придумай оттуда какой-нибудь вызов… Плохо мне… остое… все…". Я в Киеве пытался ему помочь, устроил ему уколы, но надо было продолжать, а он, как всегда, выскользнул из рук, и вот — такой конец… Жутко…"
I am

29 октября. Из истории дня-1

Так вышло из многочисленных дневниковых и стихотворных записей от 29-го дня октября сложилась канва для ЖИВОГО повествования о нашей истории словами интересных мне личностей.
Частей будет 4.

Здесь - первая:

До и после Октября.

Collapse )