March 2nd, 2017

I am

2 марта. Чувство весны

Ах, в дуновеньи ли, в привете ли
Уста весны еще робки,
Но все-таки ее заметили
Воркующие голубки.

Душа надеждами окутана,
Подвластная весны рулю,
Уже не даст себя в лоскут она
Укрыть буяну-февралю.

Пускай колючими метелями
Он роет воздух в темноте,
Из нас никто не спросит те ли мы,
А каждый знает, что не те.

В томлении предвоскресения
Избытком бодрости дышу,
И взбудораженность весенняя
Влечет за стол к карандашу.


1921 год, 2 марта. Среда. Москва. Николай Минаев.


А вот, для поднятия весеннего настроения, еще Северянин в пародии Минаева.

Мухоморы в рассоле!.. Мухоморы в рассоле!..
Пять копеек десяток, три копейки пяток!..
Это едко без перца, это вкусно без соли,
Это кровь будоражит как горячий шесток!..

Покупайте и ешьте их без нытья и укора,
И девица, и женщина, и юнец, и старик;
В вашем сердце потёмчатом поразительно-скоро
Запоет баритоном ослепительный миг.

И смакуя изысканно, вы как рюмкой портвейна
Их запейте немедленно кубком наших поэз,
И вам будет восторженно, солнцно и легковейно
Точно в душу вам полночью кто-то лапчатый влез.

Ваша кровь заплескается как мечта в ореоле,
Ваше сердце распарится как в котле кипяток!
Мухоморы в рассоле!.. Мухоморы в рассоле!..
Пять копеек десяток, три копейки пяток!..


1915 год, 2 марта. Понедельник. Москва. Николай Минаев.
I am

2 марта. На Демерджи

ДемерджиМоре и небо3
Не бойся; подойди; дай руку; стань у края.
Как сдавливает грудь от чувства высоты.
Как этих острых скал причудливы черты!
Их розоватые уступы облетая,

Вон, глубоко внизу, орлов кружится стая,
Какая мощь и дичь под дымкой красоты!
И тишина кругом; но в ветре слышишь ты
Обрывки смятые то скрипа арб, то лая?

А дальше, складками, долины и леса
Дрожат, подернуты струеньем зыбким зноя,
И море кажется исполненным покоя:

Синеет, ровное, блестит - что небеса...
Но глянь: по берегу белеет полоса;
То пена грозного неслышного - прибоя.


3.I.1903 - 2.III.1916, «Демерджи», Николай Недоброво.
I am

2 марта. На улицах 100 лет назад

На улицах красные флаги,
И красные банты в петлице,
И праздник ликующих толп;
И кажется: властные маги
Простерли над сонной столицей
Туман из таинственных колб.

Но нет! То не лживые чары,
Не призрак, мелькающий мимо,
Готовый рассеяться вмиг!
То мир, осужденный и старый,
Исчез, словно облако дыма,
И новый в сияньи возник!

Все новое – странно-привычно;
И слитые с нами солдаты,
И всюду алеющий цвет,
И в толпах, над бурей столичной,
Кричащие эти плакаты, –
Народной победе привет!

Те поняли, те угадали…
Не трудно учиться науке,
Что значит быть вольной страной!
Недавнее кануло в дали,
И все, после долгой разлуки,
Как будто вернулись домой.

Народ, испытавший однажды
Дыханье священной свободы,
Пойти не захочет назад:
Он полон божественной жажды,
Ее лишь глубокие воды
Вершительных прав утолят.

Колышутся красные флаги…
Чу! колокол мерно удары
К служенью свободному льет…
Нет! То не коварные маги
Развеяли тайные чары:
То ожил державный народ!


2 марта 1917, «На улицах (февраль 1917 г.)» Валерий Брюсов.



Над церко́вкой — голубые облака,
Крик вороний…
И проходят — цвета пепла и песка —
Революционные войска.
Ох ты барская, ты царская моя тоска!

Нету лиц у них и нет имён, —
Песен нету!
Заблудился ты, кремлёвский звон,
В этом ветреном лесу знамён.
Помолись, Москва, ложись, Москва, на вечный сон!


Москва, 2 марта 1917 года, Марина Цветаева.