June 4th, 2017

I am

4 июня. На стезе

Мне вещают одни:
«В стороне ты не стой,
В эти смутные дни
Сделай выбор святой».

А другие твердят:
«Мы же крови одной!
Становись с нами в ряд
И на праведный бой!»

Меж врагов и друзей,
Меж своих и чужих
Я молюсь на стезе
За одних и других.

4 июня 2016
, Александр Сиденко,asidenko

Бессмертное счастие наше
  Россией зовется в веках.
  Мы края не видели краше,
  а были во многих краях.

  Но где бы стезя ни бежала,
  нам русская снилась земля.
  Изгнание, где твое жало,
  чужбина, где сила твоя?

  Мы знаем молитвы такие,
  что сердцу легко по ночам;
  и гордые музы России
  незримо сопутствуют нам.

  Спасибо дремучему шуму
  лесов на равнинах родных,
  за ими внушенную думу,
  за каждую песню о них.

  Наш дом на чужбине случайной,
  где мирен изгнанника сон,
  как ветром, как морем, как тайной,
  Россией всегда окружен.

          4 июня 1927 г., Владимир Набоков, «Родина».
I am

4 июня. Юбилеи стихов Иосифа Бродского

Двадцатидвухлетний Бродский знакомится с молодой художницей Мариной Басмановой, и вскоре появляются первые стихи с посвящением:

М.Б.

Ни тоски, ни любви, ни печали,

ни тревоги, ни боли в груди,

будто целая жизнь за плечами

и всего полчаса впереди.

Оглянись -- и увидишь наверно:

в переулке такси тарахтят,

за церковной оградой деревья

над ребенком больным шелестят,

из какой-то неведомой дали

засвистит молодой постовой,

и бессмысленный грохот рояля

поплывет над твоей головой.

Не поймешь, но почувствуешь сразу:

хорошо бы пяти куполам

и пустому теперь диабазу

завещать свою жизнь пополам.

4 июня 1962

Collapse )
I am

4 июня. Однажды летним днем

Вы сегодня не вышли из спальни,
И до вечера был я один,
Сердце билось печальней, и дальний
Падал дождь на узоры куртин.

Ни стрельбы из японского лука,
Ни гаданья по книгам стихов,
Ни блок-нотов! Тяжёлая скука
Захватила и смяла без слов.

Только вечером двери открылись,
Там сошлись развлекавшие Вас:
Вышивали, читали, сердились,
Говорили и пели зараз.

Я хотел тишины и печали,
Я мечтал вас согреть тишиной,
Но в душе моей чаши азалий
Вдруг закрылись, и сами собой.

Вы взглянули… и, стула бесстрастней,
Встретил я Ваш приветливый взгляд,
Помня мудрое правило басни,
Что, чужой, не созрел виноград.


4 июня 1911 года, Николай Гумилёв.





Приехал Коля. Тотчас слухи,
Во всех вселившие испуг:
По дому ночью ходят духи
И слышен непонятный стук.

Лишь днём не чувствуешь их дури;
Когда ж погаснет в окнах свет,
Они лежат на лиги-куре
Или сражаются в крокет.

Испуг ползёт, глаза туманя;
Мы все за чаем — что за вид!
Молчит и вздрагивает Аня,
Сергей взволнован и сердит.

Но всех милей, всех грациозней
Всё ж Оля в робости своей,
Встречая дьявольские козни
Улыбкой, утра розовей.


4 июня 1911 года, "Медиумические явления", Николай Гумилёв.
I am

4 июня. Такой разный Брюсов

Цветики убогие северной весны,
Веете вы кротостью мирной тишины.
Ландыш клонит жемчуг крупных белых слез,
Синий колокольчик спит в тени берез,

Белая фиалка высится, стройна,
Белая ромашка в зелени видна,
Здесь иван-да-марья, одуванчик там,
Желтенькие звезды всюду по лугам,

Изредка меж листьев аленький намек,
Словно мох, бессмертный иммортель-цветок, –
Белый, желтый, синий – в зелени полян,
Скромный венчик небом обделенных стран
.

4 июня 1912, Опалиха.




                 О, лень моя! ты – вожделенный сад!
                  Mуни


Мое упорство, ты – неукротимо!
Пусть яростно года проходят мимо,
Пусть никнут силы, сломлены борьбой,
Как стебель гордой астры под грозой;
Встаю, иду, борюсь неутомимо!
Моя душа всегда огнем палима.
В дневной толпе и в тишине ночной,
Когда тружусь, когда лежу больной, –
Я чувствую, что крылья серафима
Меня возносят, пламя в клубах дыма;
Над человечеством столп огневой,
Горю своим восторгом и тоской,
И буду я гореть неумолимо!
Пусть яростно века проходят мимо!


4 июня 1916.



Руками плечи опоясаны,
Глаза с глазами смежены,
Друг друга сном огня пьянят они, –
Венчанных двое меж иных.

Миг кем-то где-то предназначенный!
Стонать бесплодно: пощади!
В воде столетий опрозраченной
Для зорких глаз палящий диск!

Кассандры рушащихся Илиев,
Иоанны Патмосов в огне!
Вы тщетно в выкриках таили гнев, –
Что будет, видя как в окне.

Еще весталка не ждала греха,
Еще не вызвал брата Рем,
Уже был избран меч Алариха
Жечь мрамор римских алтарей.

Нас так, с порога дней, провидели, –
Осенний луч с поры весны, –
В мечты все Сапфо, все Овидии,
Всех Атлантид слепые сны!


4 июня 1921, Валерий Брюсов.