July 4th, 2017

I am

4 июля. В день рождения Павла Когана

НЕВЫМЫШЛЕННЫЙ ПОДВИГ

      Памяти П. Когана,
        погибшего на войне автора слов песни
       «Бригантина поднимает паруса»,
       которую до сих пор поют у костров



Когда-нибудь в ГУЛАГе бригадир
или забитый этим бригадиром
жил призраками дивных бригантин,
которые и были прежним миром.
Наивность — это древний документ,
хотя и не всегда нам оправданье.
Несбывшиеся сны — предмет
страданья,
и не для героизма постамент.
Но то, что Коган не любил овал,
сочтя свое презренье за геройство,
не означает полностью провал,
опасность для всего мироустройства.
А был он гимназист наоборот
тому, кто жил для Анны в Гумилеве,
шел за свои иллюзии вперед,
державшиеся лишь на честном слове.
Но он за всех нас в битве умирал,
избегнувший увертываний подлых.
Иллюзий оправдание — финал
и честный, а не вымышленный подвиг.
Все сбудутся надежды, но не вскоре…
Поющие доныне голоса
так предвещают,
                              если снова в море
поднимут бригантины паруса.



июль 2016 года, Евгений Евтушенко.
I am

4 июля. Рубцов на сейнере

  За Медвежьим, в угрюмых широтах,
        Где лишь штормы да плотный туман,
        Корабли рыболовного флота
        День и ночь бороздят океан.

                    Огорчаться, мол, ну и погодка!
                    Тут не время, хоть ты и устал.
                    Вот опять загремела лебедка,
                    Выбирая наполненный трал.

        Сколько ценной на палубе рыбы!
        Трепет камбал - глубинниц морей,
        И зубаток пятнистые глыбы
        В красной груде больших окуней.

                     Уйма дела! И кто-то с задором
                     Сразу крикнул: «Ура, навались!»
                     За кормою над пенным простором
                     Чайки шумно кричать принялись.

        Здесь рождаются добрые вести,
        Что всех радуют в Мурманске - там,
        А на мостике в мокрой зюйдвестке
        Ночь не спавший стоит капитан.

                     Пусть он радость свою не покажет,
                     Знают все: по привычке суров.
                     Ничего нет нужней экипажу
                     Чем такой вот богатый улов!


Это стихотворение с названием "В море" было опубликовано газете “Рыбный Мурман” от 4 июля 1959 года. В более поздних изданиях оно печаталось в переработанном виде и называлось:

ХОРОШИЙ УЛОВ

У тралмейстера крепкая глотка -
Он шумит, вдохновляя аврал!
Вот опять загремела лебедка,
Выбирая загруженный трал.

Сколько всякой на палубе рыбы!
Трепет камбал - глубинниц морей,
И зубаток пятнистые глыбы
В красной груде больших окуней!

Здесь рождаются добрые вести.
Что обрадует мурманский стан!
А на мостике в мокрой зюйдвестке
С чашкой кофе стоит капитан.

Капитан, как вожатая птица,
В нашей стае серьезен один:
Где-то рядом в тумане таится
Знаменитый скалистый Кильдин...
I am

4 июля. С разницей в сто лет

написаны два сегодняшних стиха-юбиляра.

В саду, в окне, в театре и карете
Ты чудно хороша, ты чудных чар полна;
Как роза пышная в своем роскошном цвете,
Ты будто прелестью своей утомлена;
Но томного певца тоскующие взоры
До сердца твоего не могут достигать...

И на тебе была господня благодать,
Как на святом челе святой Элеоноры,
Но едкий света блеск, но шум его забав,
Но лесть бездушных душ, притворство и бесстрастье.
Обезобразили естественный твой нрав...
Зато - ты обрела свое _земное счастье_.

О, будь же счастлива! И счастие твое
Нашло ответный стих в восторженном поэте:
Ты вдохновение, _ты счастие мое_
В саду, в окне, в театре и карете.


4 июля 1837, «К П…», Нестор Кукольник.



На откосы, Волга, хлынь, Волга, хлынь,
Гром, ударь в тесины новые,
Крупный град, по стеклам двинь, -
грянь и двинь, -
А в Москве ты, чернобровая,
Выше голову закинь.

Чародей мешал тайком с молоком
Розы черные, лиловые
И жемчужным порошком и пушком
Вызвал щеки холодовые,
Вызвал губы шепотком...

Как досталась - развяжи, развяжи -
Красота такая галочья
От индейского раджи, от раджи
Алексею, что ль, Михалычу, -
Волга, вызнай и скажи.

Против друга - за грехи, за грехи -
Берега стоят неровные,
И летают поверхи, поверхи
Ястреба тяжелокровные -
За коньковых изб верхи...

Ах, я видеть не могу, не могу
Берега серо-зеленые:
Словно ходят по лугу, по лугу
Косари умалишенные,
Косит ливень луг в дугу
.


4 июля 1937, Осип Мандельштам.
I am

4 июля. По ходу пьесы Жизнь

Не нашел я дороги,
И в дремучем лесу
Все былые тревоги
Осторожно несу.

Все мечты успокоя,
Беспечален и нем,
Я заснувшего зоя
Не тревожу ничем.

Избавление чую,
Но путей не ищу,-
Ни о чем не тоскую,
Ни на что не ропщу.


3-4 июля 1896 года, Федор Сологуб.



О ловкий драматург, судьба, кричу я «браво»
Той сцене выигрышной, где насмерть сам сражен,
Как все подстроено правдиво и лукаво.
Конец негаданный, а неизбежен он.

Сознайтесь, роль свою и я провел со славой,
Не закричат ли «бис» и мне со всех сторон,
Но я, закрыв глаза, лежу во мгле кровавой,
Я не отвечу им, я насмерть поражен.

Люблю я красоту нежданных поражений,
Свое падение я славлю и пою,
Не все ли нам равно, ты или я на сцене.

«Вся жизнь игра». Я мудр и это признаю,
Одно желание во мне, в пыли простертом,

Узнать, как пятый акт развяжется с четвертым.

4 июля 1901, Валерий Брюсов.


Укромной кельи домосед,
За книжным поставцом отшельник,
Будь песен общник и бесед,
Сверчок, невидимый присельник!
Соперник мой! Твой гимн, звеня
Как степь, мое надменье малит.
«Сверчок распелся — Бога хвалит»
Не всуе молвится. Родня
Домашним духам, стрекот мирный
С моей сливая ленью лирной,
Живи в почете близь меня.


4 июля 1944, Вячеслав Иванов.


Примечание: "— Сверчок, к которому обращены эти стихи, невидимо жил девять лет в комнате В. И. и принимался петь каждый раз, как В. И. начинал писать стихи или роман. А когда поэт занимался наукой, то «присельник» его Музы молчал. В течение часа перед смертью В. И. сверчок стучал не так как обычно: громко, беспокойно. А в самое мгновение смерти поэта пение сверчка вдруг оборвалось — навсегда."
I am

4 июля. После дождя

Все реже, реже влажный звон;
кой-где светлеет небосклон;
отходят тучи грозовые,
жемчужным краем бороздя
просветы пышно-голубые,
и падают лучи косые
сквозь золотую сеть дождя.


4 июля 1918, Олеиз, Владимир Набоков, «После дождя».
I am

4 июля. Вливая жизнь

Жизнь в неживое не вдохнешь,
Лишь Бог один на то способен…
С небес живой струится дождь,
Живая ель торчит в сугробе,
И облаков над головой,
Животрепещущая стая
Скользит, и лужа под ногой,
Не выдуманная – живая.
А мне, а мне-то как же быть,
Коль под рукой лишь начертанья
Из черных знаков… как мне прыть
Придать им и вложить дыханье,
Как сделать так, чтобы была
Своя у слов судьба и воля,
И в сердце чьё-то пролегла
Их суть, как тропка через поле?
Не знаю… Может я берусь
Не за свое – как тут не сбиться…
Но что-то вдруг толкнет: «Не трусь,
И воробей, хоть мал, но птица.
Не суетись и не скупись,
И ты – немножечко создатель,
Вливать в строку ты можешь жизнь
Свою... по ложечке, по капле…»


4.07.2016 « и ты..»
Анна Опарина