July 5th, 2017

I am

5 июля. Юбилей песни



Ну, как же тебе рассказать, что такое гора?
Гора - это небо, покрытое камнем и снегом,
А в небе мороз неземной, неземная жара
И ветер такой, что нигде, кроме неба, и не был.


Припев: Ищите, ищите мой голос в эфире
Немного охрипший, на то есть причины -
Ведь наши памирки стоят на Памире,
А мы чуть повыше, чем эти вершины.
А мы чуть повыше, чем эти вершины.


Гора - это прежде всего, понимаешь, друзья,
С которыми вместе по трудной дороге шагаешь.
Гора - это мудрая лекция "Вечность и я".
Гора - это думы мои о тебе, дорогая.

Припев.

В палатке-памирке моей зажигалась свеча,
Как будто звезда загоралась на небе высоком,
И слабая нота, рожденная в блеске луча,
Надеюсь, к тебе долетела, хоть это далеко.

Припев.

Вот так и ложится на сердце гора за горой,
Их радость и тяжесть, повенчанные высотою.
Мы снова уходим, хоть нам и не сладко порой,
Уж лучше тяжелое сердце, чем сердце пустое.

Припев.

5 июля 1977. Памир. Юрий Визбор.
I am

5 июля. Стихи-юбиляры-1

Я жить хочу! Хочу печали
Любви и счастию назло;
Они мой ум избаловали
И слишком сгладили чело.
Пора, пора насмешкам света
Прогнать спокойствия туман.
Что без страданий жизнь поэта?
И что без бури океан?
Он хочет жить ценою муки,
Ценой томительных забот.
Он покупает неба звуки,
Он даром славы не берет.


Июль 1832, Михаил Лермонтов.



Я не любил. Не мог всей шири духа
В одном лице я женском заключить.
Все ловит око, все впивает ухо,
И только так смогу в любви почить.

Когда б, простясь с возлюбленною девой,
Вперил я взор в роскошный неба свод,
Иль в сень широколиственного древа,
Иль в душу, вещую, как рокот вод, -

Простер бы к ним стремительно об'ятья,
Во мне б не девы образ уж царил;
Но девы лик и сны вселенной - братья:
К единому все диву я парил.

Так - обнимусь я с женской красотою,
Но через миг - с горой или ручьем,
Но душно составлять одно с четою,
Скорбя в разлуке с частным бытием.

Нет - естество свое стремясь раздвинуть,
В него рассвету, полдню и звездам,
И всем людским порывам дам я хлынуть,
Впитаю их - и все пребуду сам.


5 июля 1897. Петербург. Иван Коневской.
I am

5-го июля в сорока милях от Зурбагана

1

В конце мая и начале июля город Зурбаган посещается "Бешеным скороходом". Ошибочно было бы представить этого посетителя человеком даже самой сумасшедшей внешности: длинноногим, рыкающим и скорым, как умозаключение страуса относительно спасительности песка.

"Бешеный скороход" - континентальный ветер степей. Он несет тучи степной пыли, бабочек, лепестки цветов; прохладные, краткие, как поцелуи, дожди, холод далеких водопадов, зной каменистых почв, дикие ароматы девственного леса и тоску о неведомом. Его власть делает жителей города тревожными и рассеянными; их сны беспокойны; их мысли странны; их желания туманны и обаятельны, как видения анахорета или мечты юности. Самое большое количество неожиданных отъездов, горьких разлук, внезапных паломничеств и решительных путешествий падает на беспокойные дни "Бешеного скорохода".

5-го июля в сорока милях от Зурбагана три человека шли по узкой степной тропе, направляясь к западу.
Collapse )

1918, Александр Грин, «Вперед и назад».