July 16th, 2017

I am

16 июля. Две песни одного дня

Они очень разные. Первая - весёлая.


Однажды весной вдохновенной
В одной из московских квартир
Собрались совсем не худые спортсмены,
И речь у них шла про Памир:
Аркаша, Алеша, Юраша, Климаша
И самый увесистый я.

Отправлены разные грузы,
И ошский базар взял нас в плен -
Шурпа, помидоры, лепешки, арбузы,
Салол с беладонной, пурген...
Аркаша, Алеша, Юраша, Климаша
И самый усидчивый я.

Окончился путь некороткий,
Гора перед нами встает.
Присутствие чая, отсутствие водки -
Да разве ж тут трезвый взойдет?!
Аркаша, Алеша, Юраша, Климаша,
И самый задумчивый я.

Мы вышли, отбросив сомненья,
Таща рюкзаки по жаре.
У каждого было особое мненье,
Как лезть нам по этой горе.
Аркаша, Алеша, Юраша, Климаша
И самый настойчивый я.

Один уронил общий спальник -
Он в пропасть летел, как топор;
Другой молотком зашарашил по пальцу,-
Но всех вместе радует спорт!
Аркашу, Алешу, Юрашу, Климашу
И даже, представьте , меня!

И были, сказать откровенно,
Помянуты в трудных местах
И белые горы, и дикие стены,
И общество наше "Спартак" -
Аркашей, Алешей, Юрашей, Климашей
И самым воспитанным мной.

С горы мы пришли с синяками,
Тут жены нам "радио" шлют:
С такими, как вы, говорят, долбаками
Пускай уж другие живут -
С Аркашей, Алешей, Юрашей, Климашей
И самым порядочным мной.

Мы приняли это как вызов,
Решили, что все - нам пора
Остаться под видом советских киргизов
И лазить всю жизнь по горам.
Аркаша, Алеша, Юраша, Климаша
И самый киргизистый я.


16 июля 1978, Памир, «Спартак на Памире», Юрий Визбор.



Теперь песня противоположного настроения.




Передо мною горы и река.
Никак к разлуке я не привыкаю,
Я молча, как вершина, протыкаю
Всех этих дней сплошные облака.
Ты проживаешь сумрачно во мне,
Как тайное предчувствие бессмертья.
Хоть годы нам отпущены по смете -
Огонь звезды горит в любом огне.

Припев: Мой друг! Я не могу тебя забыть!
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом,
И нас с тобой, мой друг, соединил ,
И нас с тобой, мой друг, соединил.

Когда луна взойдет, свеча ночей,
Мне кажется, что ты идешь к палатке,
Я понимаю: ложь бывает сладкой,
Но засыпаю с ложью на плече.
Мне снится платье старое твое,
Которое люблю я больше новых,
Ах! Дело не во снах и не в обновах,
А в том, что без тебя мне не житье.

Припев.

Отвесы гор, теченье белых рек
Заставят где-нибудь остановиться,
Я знаю - будет за меня молиться
Один и очень добрый человек.
Огней аэродромная строка
Закончит многоточьем это лето,
И в море домодедовского света
Впадет разлука, будто бы река.

16 июля 1978, Памир. Юрий Визбор.
I am

16 июля. Стихотворение юбиляр

написано было 190 лет назад, мы его в школе наизусть учили:

Нас было много на челне;
Иные парус напрягали,
Другие дружно упирали
В глубь мощны вёслы. В тишине
На руль склонясь, наш кормщик умный
В молчанье правил грузный чёлн;
А я — беспечной веры полн, —
Пловцам я пел… Вдруг лоно волн
Измял с налёту вихорь шумный…
Погиб и кормщик и пловец! —
Лишь я, таинственный певец,
На берег выброшен грозою,
Я гимны прежние пою
И ризу влажную мою
Сушу на солнце под скалою.


16 июля 1827, "Арион", Александр Пушкин.

Написано через год после казни (13 июля 1826 года). Историей о спасении дельфином греческого поэта и музыканта Ариона (VII—VI в. до н. э.), пересказанной Геродотом, Пушкин, похоже, прикрывал от цензуры основной посыл своего "Ариона".
I am

16 июля. Каменщик и Атавизм

– Каменщик, каменщик в фартуке белом,
Что ты там строишь? кому?
– Эй, не мешай нам, мы заняты делом,
Строим мы, строим тюрьму.

– Каменщик, каменщик с верной лопатой,
Кто же в ней будет рыдать?
– Верно, не ты и не твой брат, богатый.
Незачем вам воровать.

– Каменщик, каменщик, долгие ночи
Кто ж проведет в ней без сна?
– Может быть, сын мой, такой же рабочий.
Тем наша доля полна.

– Каменщик, каменщик, вспомнит, пожалуй,
Тех он, кто нес кирпичи!
– Эй, берегись! под лесами не балуй…
Знаем всё сами, молчи!


16 июля 1901, «Каменщик», Валерий Брюсов.



Поэты – пророки! но много ли стих их,
Пусть певчий, расскажет об том нам,
Что в гибельной глуби их призрачных психик
Спит сном утомленным и томным?

Да! фон небоскребов, бипланов и трамов,
Листок с котировкой банкнота;
Но сзади дикарь, испещренный от шрамов;
След тигра иль только енота!

Нет, больше! там – примат, иль ящер, иль даже
Медуза и тускль протоплазмы!
И нет препарата (с патентом!) в продаже,
Чтоб с кошачьим сблизили глаз мы!

И только? Но также и мост (вспомним Ницше),
Бессмертный с копытом Силена!
И ты, человек, будешь некогда – низший
Тип, рядом с владыкой вселенной!

Поэты-пророки! вмещайте же в стих свой
Ту дрожь, чем живет головастик!
Мы смеем так делать! отметим мы с лихвой
Грядущий восторг голой власти!


16 июля 1923, «Атавизм», Валерий Брюсов.
I am

16 июля. Стихи и картина дня

Из тьмы греха, из глубины паденья
К тебе опять я простираю руки...
Мои грехи - плоды глубокой муки,
Безвыходной и ядовитой скуки,
Отчаянья, тоски без разделенья!

На высоте святыни недоступной
И в небе света взором утопая,
Не знаешь ты ни страсти мук преступной,
Наш грешный мир стопами попирая,
Ни мук борьбы, мир лучший созерцая.

Тебя несут на крыльях серафимы,
И каждый рад служить тебе подножьем.
Перед тобой, дыханьем чистым, Божьим
Склонился в умиленье мир незримый.

О, если б мог в той выси бесконечной,
Подобно им, перед тобой упасть я
И хоть с земной, но просветленной страстью
Во взор твой погружаться вечно, вечно.

О, если б мог взирать, хотя со страхом,
На свет, в котором вся ты утопаешь,
О, если б мог я быть хоть этим прахом,
Который ты стопами попираешь.

Но я брожу один во тьме безбрежной,
Во тьме тоски, и ропота, и гнева,
Во тьме вражды суровой и мятежной...
Прости же мне, моя Святая Дева,
Мои грехи - плод скорби безнадежной.


16 июля 1858 года, «К Мадонне Мурильо в Париже», Аполлон Григорьев.

Точно неизвестно к какой картине Мурильо обращается поэт, но чаще всего предполагается, что это «Непорочное зачатие», полотно, которое маршал Сульт привез из Севильи в Париж, и во времена пребывания там Аполлона Григорьева бывшее центром притяжения посетителей Лувра:


I am

16 июля. Иван Бунин

стихи одного дня одного года. И год это - 1916-й.

В столетнем мраке черной ели
Истлела темная заря,
И светляки в кустах горели
Зеленым дымом янтаря.
И на скамье сидел я старой,
И парка сумеречный сон
Меня баюкал смутной чарой
Далеких дедовских времен.
И ты играла в темной зале
С открытой дверью на балкон,
И пела грусть твоей рояли
Про невозвратный небосклон,
Что был над садом – бледный, ровный,
Ночной, июньский, – тот, где след
Души счастливой и любовной,
Души моих далеких лет.


(1907 – 16 июля1916)
Collapse )
I am

16 июля. День дебюта Пушкина

в печати - 16 июля 1814 года. В это день вышел номер журнала "Вестник Европы", в содержание которого редактор издания Николай Карамзин включил объёмное стихотворение 15-летнего поэта "К другу стихотворцу" (адресовано Вильгельму Кюхельбекеру):

Арист! и ты в толпе служителей Парнаса!
Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;
За лаврами спешишь опасною стезей,
И с строгой критикой вступаешь смело в бой!

Арист, поверь ты мне, оставь перо, чернилы,
Забудь ручьи, леса, унылые могилы,
В холодных песенках любовью не пылай;
Чтоб не слететь с горы, скорее вниз ступай!
Довольно без тебя поэтов есть и будет;
Их напечатают - и целый свет забудет.
Быть может, и теперь, от шума удалясь
И с глупой музою навек соединясь,
Под сенью мирною Минервиной эгиды
Сокрыт другой отец второй "Тилемахиды".
Страшися участи бессмысленных певцов,
Нас убивающих громадою стихов!
Потомков поздных дань поэтам справедлива;
На Пинде лавры есть, но есть там и крапива.
Страшись бесславия!- Что, если Аполлон,
Услышав, что и ты полез на Геликон,
С презреньем покачав кудрявой головою,
Твой гений наградит - спасительной лозою?

Collapse )
I am

Две картины с выставки

«Венеция Ренессанса. Тициан, Тинторетто, Веронезе», открытой в музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина,


на нас с Надей произвели вчера наибольшее впечатление. Обе написаны Якопо Тинторетто.

1) "Снятие с креста" поразила нас обоих передачей психологической динамики полной драматизма сцены.


На выставке есть еще одна картина с таким же названием из раннего периода творчества Паоло Веронезе. Уверен, вам будет интересно сравнить свои впечатления от разницы восприятия этих двух полотен.

2) "Грехопадение Адама и Евы". Эта картина в первую очередь очень впечатлила Надю, что заставило, естественно, и меня прислушаться и более внимательно всмотреться в изображение. Мы увидели, что тут явлена драма принятия судьбы. В мгновение померкшей красоте Рая, опустив глаза, через силу  (я один, получается, разглядел слезинку у её правого глаза) Ева передаёт яблоко Адаму, осознавая, что произойдет после того, как они оба вкусят запретный плод: целостный монопольный мир (Рай) придётся покинуть ( этот момент, кстати, тоже отображен на полотне) и впредь жить на земле нужно будет меж двумя полюсами: добром и злом.


Теперь скажу, что вам по возможности обязательно нужно посетить открытую до 20 августа выставку, чтобы своими глазами увидеть все 23 её картины от трех великих мастеров, чья деятельность была связана с Венецией. У каждого из этой великолепной троицы, творившей примерно в одно время, была своя манера, был свой подход к выбору заказчика. Собрав в одном месте их работы, музей изобразительных искусств имени Пушкина предоставляет вам уникальную возможность самим прочувствовать нюансы воплощения самобытной индивидуальности художников выдающегося уровня.

Завершая, сделаю всё же два предостережения:
Collapse )