November 16th, 2017

I am

16 ноября. Мудрость полей

Опять бреду я босоногий,
По ветру лоснится ковыль.
Что может быть нежней, чем пыль
Степной, разъезженной дороги?

На бурый стелется ковер
Полдневный пламень, сух и ясен,
Хрусталь предгорий так прекрасен,
Так бледны дали серых гор.

Соленый ветер в пальцах вьется...
Ах, жажду счастья, хмель отрав
Не утолит ни горечь трав,
Ни соль овечьего колодца...


16 ноября 1919, Максимилиан Волошин.



Один, среди речных излучин,
При кликах поздних журавлей,
Сегодня снова я научен
Безмолвной мудрости полей.

И стали мысли тайней, строже,
И робче шелест тростника.
Опавший лист в песчаном ложе
Хоронит хмурая река.


16 ноября 1906, Лидино, Владислав Ходасевич.
I am

16 ноября. Всё та же даль

Нет, больше не могу смотреть я
Туда, в окно!
О, это горькое предсмертье,-
К чему оно?

Во всём одно звучит: "Разлуке
Ты обречен!"
Как нежно в нашем переулке
Желтеет клен!

Ни голоса вокруг, ни стука,
Всё та же даль...
А всё-таки порою жутко,
Порою жаль.


16 ноября 1916, Владислав Ходасевич, «Утро».



Гремя, прошел экспресс. У светлых окон
Мелькнули шарфы, пледы, пижама;
Там – резкий блеск пенсне, там – черный локон,
Там – нежный женский лик, мечта сама!

Лишь дым – за поездом; в снега увлек он
Огни и образы; вкруг – снова тьма…
Блестя в морозной мгле, уже далек он,
А здесь – безлюдье, холод, ночь – нема.

Лишь тень одна стоит на полустанке
Под фонарем; вперен, должно быть, взгляд
Во тьму, но грусть – в безжизненной осанке!

Жить? Для чего? – Встречать товарных ряд,
Читать роман, где действует Агнесса,
Да снова ждать живых огней экспресса!


16 ноября 1917, Валерий Брюсов, «На полустанке».
I am

16 ноября. Поступь рока

Рок приходит не с грохотом и громом,
А так: падает снег,
Лампы горят. К дому
Подошёл человек.
Длинной искрой звонок вспыхнул.
Взошёл, вскинул глаза.
В доме совсем тихо.
И горят образа.


16 ноября 1916, Марина Цветаева.

Collapse )
I am

16 ноября. На разных берегах

Ушел я в белую страну,
Минуя берег возмущенный.
Теперь их голос отдаленный
Не потревожит тишину.

Они настойчиво твердят,
Что мне, как им, любезно братство,
И христианское богатство
Самоуверенно сулят.

Им нет числа. В своих гробах
Они замкнулись неприступно.
Я знаю: больше, чем преступно,
Будить сомненье в их сердцах.

Я кинул их на берегу.
Они ужасней опьяненных.
И в глубинах невозмущенных
Мой белый светоч берегу.


16 ноября 1902, Александр Блок.



* * *
День - мордвин, от сусла разомлелый, -
Снял онучи, зашагал в лесок.
Баловался земляникой спелой,
Горячо глотал березный сок.

Побежал на визги человечьи
К плёсу -- бабы бултыхались вплавь.
Задышал вдруг огненною печью,
Увидавши медовую явь...

Проглядел, как тихо ночь подкралась,
Наложила ептимью: "Казнись!"
Бил поклоны, а душа металась
К телу бабью, на сверкучий визг...


16 ноября 1920, Александр Ширяевец.