Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

19 сентября. В один день 41-го года

Есть некий газ. Ни с воздухом, ни с влагой
Несходен он на запах и на цвет,
Неуловим лакмусовой бумагой,
Но от него противогаза нет.

Он протечет в убежище любое,
Ты дверь закроешь, он войдет в окно.
И то, что было некогда тобою,
Вдруг замычит, в скота превращено.

Его симптом - не слезы и не кашель,
Он не из тех которыми бомбят,
Но от него синеют щеки наши
И распухают животы ребят.

Он душит все народы друг за дружкой.
Вслед за войной его приходит час...
Сам люизит - лишь детская игрушка
В сравненьи с ним! Царь Голод этот газ!


19 сентября 1941, «Газ», Дмитрий Кедрин.


Из дневника Веры Инбер:

19 сентября. Ночь была до ужаса тиха. Казалось, город не дышит, лежит во тьме и ждет. А утром началось.
Слушали по радио очерк Эренбурга о Западном направлении. И очерк хорош, и дела там хороши. Зато здесь!..
Прекрасно сказано у Эренбурга: «Победа изображается с крыльями, но у нее тяжелая нога. Она передвигается по земле в грязи и крови. И добывается с трудом». Так примерно.
У меня в мозгу как будто «минные поля», куда нельзя ступить. Жанна с Мишенькой — это «поле». Деревянный дом в Переделкине, в соснах и березах, — тоже «поле». И все же быть там сейчас я бы не хотела. Мне хотелось бы быть на фронте. Но там, где мы побеждаем.
Каждый вечер здесь, в больнице, тяжело раненные просят:
— Спустите нас в убежище.
Они волнуются больше, чем те, кто никогда не был в бою.
На дворе все та же золотая осень. Старые деревья роняют желтые листья на больничные дорожки. Сегодня сюда переезжает еще один госпиталь: морской.
Вчера кто-то назвал нашу Петроградскую сторону «глубоким тылом». Но если это и «тыл» для артиллерии, то не для авиации: тому доказательство сегодняшнее утро…
Мужество так же заразительно, как и трусость.



Об этом же дне 1941 года Вера Инбер вспоминала и в дневнике 1944 года:

27 мая. Прощались с доктором Месселем. Были в последний, видимо, раз в его владениях, на Центральной станции «Скорой помощи», работавшей в самое трудное время, как хорошие часы, — бесперебойно и безотказно.
Просматривала их дневники. Подробно записан день 19 сентября 1941 года (когда мы ездили на Разъезжую). Тогда пострадали во время работы две медсестры скорой помощи: «Алексеева Зинаида — ранение грудной клетки и обеих голеней — и Маркова Валентина — ранение правого глаза».
Во время этого налета на Дмитровский переулок, длиной всего в 245 метров, было обрушено четыре тяжелых фугасных бомбы. Почти весь переулок разрушен.
Да, все это было. Все это мы пережили.


Из записи от 6 июня 1944:

19 сентября 1941 года (день, когда мы приехали на Разъезжую через несколько минут после падения бомбы) оказалось одним из самых кровавых дней блокады. Тогда было 6 воздушных тревог, длившихся в общей сложности 7 часов 34 минуты.
Фугасных бомб было сброшено 528.
Зажигательных — 1435.
Выпущено артиллерийских снарядов по городу — 97.
Зарегистрировано очагов поражения — 89.
Работали: 3912 команд городского МПВО, 52 команды местного МПВО, 17 дружин РОКК и 21 группа самозащиты жилых домов.
Tags: 19, 19 сентября, 1941, 20 век, Вера Инбер, Дмитрий Кедрин, дневники, сентябрь, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments