Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Category:

1 октября. Александр Росков

три стихотворения разных лет.

...Ветви берёз сутулых
снегом обожжены:
холодом потянуло
с северной стороны.

Завтра мы вместе с мамой
всем холодам назло
вставим вторые рамы -
будет в избе тепло.

На подоконник лягут
просто, для красоты
кисти пунцовых ягод
яркие, как цветы.

Будет зимою длинной
днём и по вечерам
ало гореть рябина
между оконных рам.

Будут залётных пташек
звать и сводить с ума
красные окна наши.
...Ну, приходи, зима!


1 октября 2003 года, «Осеннее-13».


Северный вокзал. Толпа людская
интересна - лиц похожих нет.
Я стою у кассы, покупаю
до далёкой станции билет.
"Прибыл скорый поезд из Пекина", -
голос с потолка проговорил.
Сжав билет в кармане, я покинул
здание вокзала. Закурил.
Постоял у бортика над входом
в каменный подземный переход.
Посмотрел так просто, мимоходом
на чужой неведомый народ.
Вот идёт к автобусной стоянке
пара, без вещичек, налегке.
Спутнику щебечет китаянка
что-то там на птичьем языке.
Осень листья носит по столице.
Прямо над Москвой, не сделав крюк,
журавли - таинственные птицы
проплывают с севера на юг.
Из-за шума, лязга, из-за гуда
не расслышишь птичьих голосов.
Вы откуда, птицы, вы откуда?
Может, из архангельских лесов?
Может, с того самого болота -
за деревней нашей, у реки?
Может быть, вслед вашему полёту
и мои смотрели земляки?
Милые! Удачи вам, успеха
и дороги лёгкой и прямой!
До свиданья! Мне на Север ехать.
Я счастливей вас, вы - не домой...


1 октября 2003 года, «Журавли».

 * * *


               «… и что в жизни одна только цель –
                гнать вперёд без оглядки и цели…»
               (Н. Антонов)


_ _ _


Был поэт у нас – Колька Антонов,
неплохой, между прочим, поэт.
Он во время далёкое, оно
сельским парнем пятнадцати лет
отравился стихами чужими…
А к неполным годам тридцати
уже голос имел свой и имя
и ему открывались пути
на Парнас. И в сравнении с нами –
областными поэтами – он
был на голову выше. Стихами
Николая и я был сражён
в своё время с моим - тем - умишком,
если честно – убит наповал.
Ну а он свою первую книжку
мне в деревню по почте прислал.
Да, хорошее было начало
у него – безо всяких прикрас:
Кольку даже в столичных журналах
напечатали несколько раз,
что престижно. И критик столичный
про Антонова тиснул статью
в своей книжке. Всё было отлично,
и стоял бы Никола в строю
поэтическом, если не в первом,
то уж точно – не в третьем ряду.
Но поэты такие, наверно,
в общей массе… Себе на беду,
возомнив, что неможно без водки
жить – творить-то уж точно нельзя! -
(у поэта и так век короткий,
тут ещё доброхоты-друзья,
что за честь почитают с ним «вмазать»:
«Будет всё, только ты пожелай!»)
потихоньку, конечно, не сразу
горьким пьяницей стал Николай.
От коллег начал он отдаляться,
стал в приличные домы не вхож.
…А стихи продолжали писаться,
это верно – талант не пропьешь!
Ну а так, как он был пофигистом
(может, раньше и не был, но стал),
стало творчество Колькино чисто
хулиганским – его ни в журнал
не возьмёшь, не поставишь в газету:
там, хотя и талантливый – мат.
Он бродяжил по белому свету,
и никто были Николе не рад –
и ни дети его, и ни жёны,
(у него было несколько жён).
Колька умер не пулей сражённый –
он был змием зелёным сражён
в полста пять полноценных годочков:
(индивидов киряющих бич -
в его жизни и творчестве точку
враз поставил инсульт-паралич).
Он в каком-то заброшенном доме,
недвижим – ни рукой-ни ногой
шевельнуть, при сознанье – не в коме,
в холодрыге, и день и другой
и четвёртый лежал. Пока кто-то
из бомжей его там не нашёл.
И на койке больничной всего-то
ночь прожив, Николай отошёл
в мир иной. То, что он – на кладбИще,
я узнал через несколько дней…
Мы с товарищем дали по тыще
на поминки его – не жене,
а случайной старухе, с которой
был у Кольки последний роман.
Забивался к ней Колька, как в нору,
когда пуст был дырявый карман
его брюк. И вот эта старуха
хоронила Николку – одна
и одна: «Будь земля ему пухом!» -
пожелала, и стопку вина
на могилку пристроила… Колька,
помнишь время? – ты жил хорошо -
сколько было приятелей? Только
на могилку никто не пришёл.
Смерть твоя стала временной пищей
пересудам – кто помнил, кто знал.
А какая-то жалкая тыща,
что тебе на поминки я дал,
знаю точно: она не искупит –
нет! – моей пред тобою вины,
даже с тысячей долларов в купе
Все тебе мы чего-то должны,
все, кто пил с тобой водку в том веке
пред тобою немножко в долгу
(если мы пред собой – человеки!)
но цены я назвать не могу…


1 октября 2006 года, «На смерть поэта», Александр Росков,
Roscov
Tags: 1, 1 октября, 2003, 2006, 2008, 21 век, Александр Росков, октябрь, стихи, стихи нашего времени
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • 7 декабря. Арсений Голенищев-Кутузов

    Так жить нельзя! В разумности притворной, С тоской в душе и холодом в крови, Без юности, без веры животворной, Без жгучих мук и счастия любви,…

  • 7 декабря. Двухсотлетние стихи

    МЩЕНИЕ ЛЮБОВНИКА Эпод XV Ночь длилась, и луна златая Сияла меж подруг своих, Когда, о Лида! прижимая Меня в объятиях твоих Сильней, чем…

  • 6 декабря. Инна Лиснянская

    Оттого ль, что мороз, все пути серебря, Знать не знает про холод вины, Не могу я себя оторвать от себя И взглянуть как бы со стороны,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments