?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
7 ноября. Из года в год-4
I am
vazart
20-век, вторая половина.


       Шепот… Робкое дыханье…
      Трели соловья…
      А. А. Фет


Грохот… Посвист молодецкий…
       Треск шаблонных фраз…
Гром фанфар и лепет детский:
       – «Мы» и «Лишь у нас!..»
Бойкость без ограничений…
       Бодрость без границ…
Ряд вчерашних изречений
       Из передовиц.
В черствых строчках жесткость прозы…
       Грубость топора…
И заводы, и колхозы,
       И ура-ура!..

1952, Николай Минаев.


ДАВИД САМОЙЛОВ
1962:

Приходили Толя Якобсон с женой*. Толя — чистый, совестливый, очень эмоциональный человек. Прелестная натура. Майя — одна из участниц дела, которое мы называли «Юные ленинцы». Видимо, «Ю.л.» не было вовсе, а было два или три дела, сведения о которых у нас перепутались и свелись в одно.
Все же была организация, партия из 16 человек в возрасте 17—19 лет.
Трое из них расстреляны. Они именовали себя организацией революционеров, стояли на почве марксизма и хотели восстановить чистоту революционной власти. У них был гектограф, пара пистолетов.
Сама М. считает это все наивным и уже неинтересным. Идеи уже изменились. Она — вегетарианка.
И все же это не меньше дела петрашевцев, хотя почти не сыграло роли в развитии нашей молодежи. Но духовная энергия и смелость не пропадают. М.б., этому делу еще придется сыграть свою роль в духовной жизни России.


Примечание: Якобсон Анатолий Александрович (1935—1978) — литератор, педагог, правозащитник. Участник семинара молодых переводчиков, руководимого В.К.Звягинцевой, М.С.Петровых и Д.С. Впоследствии близкий друг Д.С. С декабря 1969 г., после ареста Н.Горбаневской, редактор самиздатского журнала «Хроника текущих событий». В 1973 г. вынужден был эмигрировать в Израиль. Тяжело переживал отъезд. В 1978-м покончил с собой.
Улановская Майя Александровна (1932) — библиограф. С 1973 г. живет в Израиле. Об организации «Союз борьбы за дело революции» (СДР), членом которой она считала себя с октября 1950 г. по февраль 1951 г., и о расправе с ее членами, написала в книге: Надежда Улановская, Майя Улановская. История одной семьи. М.: Весть-ВИМО, 1994.


ПАВЕЛ АНТОКОЛЬСКИЙ

1964:

7 ноября . Утром гулял, зашел к Фишам... <...> Говорят Фиши, что Бродский отпущен на поруки. Ну вот и наступила сорок седьмая годовщина Октября. Я отметил ее тем, что записал два свои давно сочиненные, мало цензурные стихотворения. Но если говорить честно, решительно ничем не отметил. Ничем! Боже мой, как ничтожно кончается великая эпоха.


ДАВИД САМОЙЛОВ

1979:

7 ноября. Каждый день звонит Слуцкий.
Голос старческий и больной.
— Чувствую себя очень плохо.
При этом какой-то обычный для него прежнего интерес к миру. Вероятно, новая стадия болезни.
Лене советовал работать:
— Я работал два месяца, потом сошел с ума.
Сотворив из Ю. Кузнецова кумира, эта шатия будет искать ему жертву. Скорей всего это буду я. И скорей всего приму вызов.
Читаю Н. Рубцова. Одаренный поэт. Его тоже верстают в гении, при этом крича о безнравственности завышенных оценок.
В народе усталость и недовольство. Недовольство усталое. С другой стороны — быстрая поляризация мнений, жестокий спор о путях. Все на базе народного настроения.
Вечером был прекрасный Недоступ. Человек, себя предназначающий облегчать страдание и внушать надежду. Это призвание и идея. Читал ему стихи.


________________________

НОЯБРЬ 83-го
1
Ноябрьская гроза.
Под ветром мир разгневан,
И снег летит в глаза –
И молния со снегом.
И вроде – все не то,
Но мой подкожный опыт
Свидетельствует о
Возможностях, торопит
Использовать их, и
Предчувствием удачи
Рождаются стихи –
И дышится иначе.
Стыкуются слова
Предвестием исхода,
И снова жизнь – права,
И на душе – свобода.
И снова снег летит
И на ресницах тает –
И мокрый лист летает
Среди оград и плит.
2
Через час по брусчатке солдатам
Шаг печатать с отмашкой лихой.
В этом воздухе голубоватом –
Подозрительность и неспокой.
Нелады расплескались по свету,
Хоть за горло не взяли пока, –
И кряхтит, выбирая газету,
Отставной вертухай у ларька.
Пусть и цены упали на водку,
И не самый худой урожай –
Он находит вест-индскую сводку,
Над Антилами видит пожар.
Он уже напрочь нем и бессилен,
И Октябрь ему не в торжество,
И мерещатся штурмы Бастилий
Помраченному духу его.
Под такую ж вот дату у кума
Как разваливались за столом:
До второго стакана – угрюмо,
Ну, а там – по-мужски, матерком,
И занюхивали, к телогрейкам
Приникая ноздрями... И вдруг –
Это ж бьет он нас, этот Рейган,
Из своих бронебойных базук!
И за сердце, как будто с похмелья,
Он берется нетвердой рукой.
Только пуговицы на шинели
Блещут форменною желтизной.
Открываются старые раны.
Не тому нас учили, не так...
Это бьют по казармам охраны.
Поднимается первый барак.
3
Вот оно, время, которого мы дождались.
Вот оно, время, в которое зажились мы.
Что с нами будет теперь:
настоящая жизнь –
Или гнилой полусвет пересыльной тюрьмы?
Или тюрьма-то и есть настоящая жизнь –
А остальное все треп, бестолковщина, тлен?
В общем, короче, мы дожили: только держись.
Вот наше время, другого не надо взамен.
Как мы пророчили, прежний застой торопя
Сдвинуться, стронуться, сделаться проще, честней, –
Так и сбывается. Время просить у Тебя:
Вот наша родина. Господи, будь же Ты с ней –
С этими путаными, окаянными и
Втянутыми в безнадежную эту игру...
Светятся все же в окошке у каждой семьи
Слабой надеждой – огни на московском ветру.
Вот и снежку намело. Поутру выхожу,
Скрипнув засовом, на снег из церковных ворот,
Воздухом, как уж давно не дышалось, дышу –
И ничего не загадываю наперед.


1983, Александр Сопровский



ДАВИД САМОЙЛОВ

1987:

7 ноября. Семидесятилетие Октября. Разговоры о докладе Горбачева и интервью Яковлева. Другой язык внушает надежды и порождает толки. Слухи об угрозах эстонцев. Ситуация неспокойная. С этим еще придется столкнуться власти, и это гораздо труднее решить, чем экономику и гласность.

___________________________________

КРАСНАЯ ПЛОЩАДЬ

Раз в году здесь соляровый запах клубится,
Громыхает победно военный парад.
Здесь лежат погребенные самоубийцы
За пределом кремлёвских соборных оград.
Здесь паноптикум, кладбище и колумбарий
Отгоревших людей, отгоревших идей,
Отзвучавшего гимна. Вставай, пролетарий,
Погляди на своих ненаглядных вождей,
Чьи останки в фундамент стены замесили,
Чтобы проклятым стал человеческий род,
И осыпанный вербами новый Мессия
Не сумел бы проехать у Спасских ворот.
Так написано в гимне: "Вставай, заклеймённый!"
Но не встанет никто без креста и Христа.
Не вздуваются шёлковым ветром знамёна
У багровых ступеней, — и площадь пуста.
Но когда темнота заполняет аллеи,
И смолкает в окрестности шум городской,
Я опять и опять прихожу к мавзолею,
Подгоняемый необъяснимой тоской,
Где собрав заседанья последнего кворум,
Украинец и русский, грузин и еврей,
Охраняют своим неподвижным дозором
Беспокойную дрему московских царей.


1995, Александр Городницкий





Recent Posts from This Journal

  • Отмеченные ноябрем-7

    Арсений Тарковский, Юрий Кублановский. * * * В последний месяц осени, На склоне Горчайшей жизни, Исполненный печали, Я вошел В безлиственный и…

  • Отмеченные ноябрём-6

    Николай Шатров и Вениамин Блаженный. * * * Не кланяйся направо и налево, Не улыбайся каменным лицом. От в сердце закипающего гнева Жизнь охранит…

  • Отмеченные ноябрём-5

    две песни и один сценарий. Стихи " Типичный случай" Иосиф Уткин написал в ноябре 1935 года: Двое тихо говорили, Расставались и…