Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

22 января. Анатолий Гейнцельман

СМЕРТЬ БЕНЕДИКТА XV (22 января 1922 г.)

В расписанном рукою Рафаэля
Дворце убогая стоит постеля,
Таков был Провидения вердикт –
Пятнадцатый лежит в ней Бенедикт.
В агонии Петра святой наследник,
Ледяный Смерть набросила покров,
Вокруг него Великий Исповедник,
Племянники и плеши докторов,
Вокруг пурпуровые кардиналы
И нобилей испанский силуэт,
Откуда-то несутся месс финалы
И шорохи последних эстафет.
Бледней, чем алавастровый Спаситель,
В пуховиках дрожит Святой Отец.
Свершается. Отходит утешитель
Полумиллиарда раненых сердец.
Великий Исповедник, как над Чашей,
К Нему склонился плачущим лицом:
– Святой Отец, благословите ваших
Скорбящих родственников пред концом! –
И умирающий, не раскрывая
Уже навек отяжелевших глаз,
Как ото льда повиснувшая вая,
Что по снегу зимы чертит наказ,
Сложил три пальца ледяных и синих
И что-то на подушке начертил;
И снова, как вопьющего в пустыне,
Глас Исповедника вдруг повторил:
– Святой Отец, друзей и приближенных,
Испытанного кормчего лишенных,
Перед концом своим благословите!
Владыка Церкви Божьей, вы не спите?! –
Но только вздрогнули чуть-чуть три пальца
И легкий-легкий отозвался вздох,
Что вряд ли затуманил бы зеркальце
Иль шелохнул ковылевый пушок.
И в третий раз, совсем уже без веры
Прелата прошептал дрожащий рот:
– Святой Отец, страдающий без меры
И мира алчущий благослови народ! –
Вдруг несказанное свершилось чудо:
Глаза открылись мертвого Владыки,
Как два блестящих, дивных изумруда,
Не старческие были в них языки,
Неземным пламенем они горели,
Не крохотное тельце, как малютки,
Вдруг поднялось и село на постели
И озирало всех с величьем жутким,
А пастырь католического Рима,
Первосвященник церкви мировой,
И зашуршали вдруг два серафима
Незримо крыльями над головой,
Торжественно для таинства ожившей,
Потусторонним светом озаренной,
И дланию, иероглифы чертившей
Мистерии, еще не разрешенной,
Могучий крест он изваял три раза
Перед собой в предутреннем тумане,
И с уст благословляющая фраза,
Рожденная в оливках Гефсимана,
Готова была вырваться, как вихрь,
В торжественной апостолов латыни,
Но, не родясь, аккорд ее затих
В неизречимой истины пустыне.
И синие, как бесконечность, персты
Всё человечество благословили,
Так широко они были отверсты,
Так растекались мириады крылий
Повсюду от незримого креста,
Что на престоле пышного Бернини
В орнате всем в нем никогда доныне
Такая не бывала красота.
Одно мгновенье. Молния погасла,
И на подушки опустился прах,
Так фитилек лампадовый без масла,
Свернувшись, угасает в черепках.
Со старческим лицом лежит малютка
В постеле бедной в пышном Ватикане,
Но от креста его не так уж жутко,
Не так уж холодно вокруг и странно!


27 февраля 1922 года
Tags: 1922, 20 век, 22, 22 января, Анатолий Гейнцельман, стихи, январь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments