?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
4 мая. Осип Мандельштам
I am
vazart
<СТИХИ к H. ШТЕМПЕЛЬ>

1
К пустой земле невольно припадая,
Неравномерной сладкою походкой
Она идет — чуть-чуть опережая
Подругу быструю и юношу-погодка.
Ее влечет стесненная свобода
Одушевляющего недостатка,
И, может статься, ясная догадка
В ее походке хочет задержаться —
О том, что эта вешняя погода
Для нас — праматерь гробового свода,
И это будет вечно начинаться.

2
Есть женщины сырой земле родные,
И каждый шаг их — гулкое рыданье,
Сопровождать воскресших и впервые
Приветствовать умерших — их призванье.
И ласки требовать от них преступно,
И расставаться с ними непосильно.
Сегодня — ангел, завтра — червь могильный,
А послезавтра только очертанье…
Что было поступь — станет недоступно…
Цветы бессмертны, небо целокупно,
И все, что будет, — только обещанье.


4 мая 1937, Воронеж.


Примечание.

Наталья Штемпель была хорошей знакомой семьи Мандельштама во время его воронежской ссылки, она преподавала литературу в местном авиационном техникуме. В 1987 году в журнале "Новый мир" №10 были опубликованы её воспоминания "Мандельштам в Воронеже". Вот выдержка из них об истории появления этих стихов:
"Я зашла к Осипу Эмильевичу и сказала, что мне по делу надо побывать у Туси, моей приятельницы и сослуживицы. Осип Эмильевич пошел со мной. На обратном пути он меня спросил: "Туся не видит одним глазом?" Я ответила, что не знаю, что никогда на эту тему с ней не говорила, очевидно, не видит. "Да, — сказал Осип Эмильевич, — люди, имеющие физический недостаток, не любят об этом говорить". Я возразила, сказав, что не замечала этого и легко говорю о своей хромоте. "Что вы, у вас прекрасная походка, я не представляю вас иначе!" — горячо воскликнул Осип Эмильевич.
На другой день после ночной прогулки я зашла из техникума к Мандельштаму. Надежда Яковлевна была в Москве. Осип Эмильевич сидел на кровати в своей обычной позе, поджав под себя ноги по-турецки и опираясь локтем на спинку. Я села на кушетку. Он был серьезен и сосредоточен. "Я написал вчера стихи", — сказал он. И прочитал их. "Что это?" Я не поняла вопроса и продолжала молчать. "Это любовная лирика, — ответил он за меня. — Это лучшее, что я написал". И протянул мне листок.
[…]
И я сразу вспомнила нашу прогулку втроем холодной майской ночью, разговор с Осипом Эмильевичем о Тусе и моей хромоте. Стихи были написаны тушью на суперобложке к Баратынскому. Осип Эмильевич продолжал: "Надюша знает, что я написал эти стихи, но ей я читать их не буду. Когда умру, отправьте их как завещание в Пушкинский Дом". И после небольшой паузы добавил: "Поцелуйте меня". Я подошла к нему и прикоснулась губами к его лбу — он сидел, как изваяние”. Почему-то было очень грустно. Упоминание смерти, а я должна пережить?! Неужели это прощальные стихи? […]
Когда я приехала в Москву в марте 1975 года и прочла Надежде Яковлевне эту рукопись [воспоминаний], она сказала: "Наташа, вы о своих стихах не всё сказали, неполно, это не прощальные стихи. Ося возлагал на вас большие надежды". Она повторила строки:
…Сопровождать воскресших и впервые
Приветствовать умерших — их призванье…"


В воспоминаниях Надежды Мандельштам тоже есть упоминание об этих стихах: "Прекрасные стихи Наташе Штемпель стоят особняком во всей любовной лирике Мандельштама. Любовь всегда связана с мыслью о смерти, но в стихах Наташе высокое и просветленное чувство будущей жизни. Он просит Наташу оплакать его мертвым и приветствовать воскресшего"


  • 1
Мне тоже кажется, что это лучшие его стихи.

а их раньше не знал

  • 1