Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

21 июля. Стихи пограничного состояния-2

Аркадий Штейнберг, Геннадий Шпаликов, Вениамин Блаженный, Иосиф Бродский.


Приюти меня в сердце глубоком своём,
Отлучи от тоски, уведи от беды́,
Как в ночи́ принимает степной водоём
Бледный луч безконечно далёкой звезды́.


Приюти меня в сердце своём навсегда,
Материнским покоем своим успокой,
Как речную струю, не оставив следа,
Растворяют просторы пучины морской.

Охрани меня тайной любовной своей
От лукавых людей, от меча и огня,
На четыре на стороны света развей
Наважденья, которые мучат меня.

Помолись за меня, наклонись надо мной
И скитальческий прах неиссчётных доро́г
Смой прощеньем своим, словно дождь проливной,
Воскрешающий землю в назначенный срок.

Дай на счастье мне добрую руку свою,
Маяком загорись в предвечерней тени́
И на смертной меже, на последнем краю
Сероглазой улыбкой, как солнце, блесни.


<21-23 июля 1948>, лагерь Ветлосян. Аркадий Штейнберг



Далеко ли, близко
Прежние года,
Девичьи записки,
Снов белиберда.
Что–то мне не спится,
Одному в ночи —
Пьяных–то в столице!
Даром, москвичи.
Мысли торопливо
Мечутся вразброд:
Чьи–то очи… Ива…
Пьяненький народ.
Все перемешалось,
В голове туман…
Может, выпил малость?
Нет, совсем не пьян.
Темень, впропалую,
Не видать ни зги.
Хочешь, поцелую —
Только помоги.
Помоги мне верный
Выбрать в ночи путь,
Доберусь, наверное,
Это как–нибудь.
Мысли торопливо
Сжал — не закричи!
Чьи–то очи… Ива…
Жуть в глухой ночи.


21 июля 1954, Геннадий Шпаликов



На рассвете мое покрывается инеем тело,
Я, как мертвый в гробу, в неподвижном лежу серебре.
Узнаю свою смерть по тому, как и робко, и смело
В прозябанье мое пробирается старческий бред...

Узнаю свою смерть по какой-то смирившейся дрожи,
По тому, как меня накрывает бескрылая тень.
Средь забытых могил есть моя позабытая тоже:
Всё, чем жил я вчера, похоронит мой завтрашний день.

Узнаю свою смерть в равнодушье прохожих и женщин,
По тому, как меня не тревожат ни боль, ни тоска.
Этот мир, что когда-то был щедро ребенку обещан,
Угасает в глазах обезумевшего старика.

Узнаю свою смерть по тому, как сдвигаются стены
И всё уже и уже ведут на всемирный пустырь.
Я, страдавший вчера от предчувствия чьей-то измены,
Равнодушен сегодня, измену измене простив.

Изменяют давно мне и весны, и зимы, и лета,
Изменяют года; как же женщине мне не простить?..
Вот и стих равнодушен к заброшенной доле поэта,
Забывает слова и в рассудке мешается стих..

Узнаю свою смерть по тому, как с деревьев свирепо
Обрываются лисья, древесную плоть оголив.
Я, как листья, хотел улететь в просветленное небо
И, как листья, меня приютили могилы земли.

Узнаю свою смерть по приметам давно не случайным.
Узнаю по тому, как меня забывают года.
Словно облако в небе меняет свои очертанья.
Словно стала седою и обледенела вода.


21 июля 1971, Вениамин Блаженный



ВОЙНА В УБЕЖИЩЕ КИПРИДЫ


Смерть поступает в виде пули из
магнолиевых зарослей, попарно.
Взрыв выглядит как временная пальма,
которую раскачивает бриз.

Пустая вилла. Треснувший фронтон
со сценами античной рукопашной.
Пылает в море новый Фаэтон,
с гораздо меньшим грохотом упавший.

И в позах для рекламного плаката
на гальке, раскаленной добела,
маячат неподвижные тела,
оставшись загорать после заката.


21 июля 1974, Иосиф Бродский.


Примечание: поводом для стихотворения послужило турецкое вторжение на Кипр в 1974 году.
Tags: 1948, 1954, 1971, 1974, 20 век, 21, 21 июля, Аркадий Штейнберг, Вениамин Блаженный, Геннадий Шпаликов, Иосиф Бродский, июль, стихи, стихи нашего времени
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments