?

Log in

No account? Create an account
I am

vazart


Блог Владимира Азарта

Каждый день творения


Previous Entry Share Next Entry
16 сентября. Игорь Юрков
I am
vazart
ПРОГУЛКА НА ПАМЯТЬ

Колоколенки, колокольня,
Гирлянды тени на стене.
Там тяжёлый водопад прохлады;
Булыжники, нагретые солнцем,
Вводят нас в полдень.
Она проходит по булыжникам
И, босой ногой ступая
В прохладу коридора,
Ведущего в монастырский сад*,
Она чувствует холодок
Грозящей лихорадки.
Кран водопровода
Капает,
Катятся капли, наполняя
Деревянную кружку обеда.
Не оборачивайся! –
Огромное барокко**,
Выдавливая воздух,
Хочет закрыть коридор.
Под каштаном
(По традиции, думаю я)
Лежит поломанная бочка.
Бочка-корабль, покачиваясь,
Отплывает в голубую теплынь.
Так мы проходим несколько шагов.
Какая микроскопическая картинка:
Мы в коридоре яблонь,
Где воздух,
Просачиваясь голубыми струйками,
Раздувает её юбку.
Клянусь, это – июль!
– Сентябрь.
Посмотри
(Она смотрит, обнимая ствол),
Какая масса красок:
Белые, голубые, жёлтые,
Синие, лиловые, красные,
И краски – вовсе не существующие,
Переходящие то в звук –
Крик петуха,
То в запах –
Её кожи.
Поляны помидоров,
Горы груш и яблок,
И рядом – астры,
Около которых холодно
И легко дышать.
Георгины, нарисованные на воздухе –
Они легко покачиваются
И, если бы могли думать,
Думали б о заборах, о стирке,
О резком воздухе гнили – приюте грибов,
О собаке, доживающей последнюю осень.
Настурции – цветы чайников
И ещё тёплых вечеров,
Когда гуляющие кавалеры
Бросают окурки, попадая им в чашечки.
– Странно, – говорит она, –
Я ничего не понимаю. –
А понимаю ли я?
Ты мечтаешь о музыке.
Она бы, расширив сад
До пределов, за которыми –
холод, солнце и страх,
Не могла бы соперничать
С колокольней.
Да и музыка ль это была б? –
Просто водопад тени
С грохотом упал бы
Со стены,
Обдавая булыжник
Кинематографической лентой прибоя,
Расшатывая – подумай – даже
Основание башни,
Но не сдвинув мухи
На её карнизе.
Сверху,
Отсюда сверху,
Следя за воздушной линией стрижа
(Так же очерчена её шея
Воздушным рисунком),
Склонившись вместе с колокольней,
Врываясь белым столбом
В нагретый воздух
И оттеснив его к полям –
Мне равно была странной
Жизнь мухи
И твоя жизнь.
Сверху,
Отсюда сверху
И чуть ниже, где лепные ангелочки
Осыпают извёстку вниз, –
Отсюда я вижу,
Как поворачивается горизонт
Голубым шаром.
Он висит? Или мы висим,
Захлёбываясь в ветре?
О, если бы теперь
Была мне доступна
Эта свежесть лужицы
Между камнями,
Вздох, исцеляющий от всех болезней,
Чувство свободы стрижа, –
Я, быть может, ожил бы.
Милая лужица,
Здесь, на колокольне,
Ты отражаешь немного неба,
Где плавает листик акации,
Должно быть, занесённый птицей.
Сверху,
Отсюда сверху
Отчётливо видна дорога;
Она чуть наклонно,
Чуть покачиваясь
Ухолит под деревья,
Где едва видно твоё платье.
Где теперь те люди,
Что лепили ангелочков,
Облокотясь на небо?
Пустые глаза масок
Так же внимательно и бессмысленно
Глядят в поля.
Сердобольные пустышки –
Сочувствие и юмор.
От колокольного звона
Ангелочки осыпались вниз,
Бессмысленно ободряя друг друга.
– Ещё одной поломанной астрой стало больше, –
Сказала она, входя в тень,
И перемена была поразительна:
Холод обдал её запахом
Земли и гнилушек;
Лёгким запахом зелени
Тишина шептала о том,
Что дальше забора ничего нет
И всё кончено.
– Не верь!
– Не верь ничему!
Выйди из тени! –
Я зову тебя, сидя на лесенке,
Нагретой солнцем.
Но ты не отзываешься.
Я всматриваюсь – тебя уже нет:
Поломанная астра,
Солнце
И заборчик уезда.


16 сентября 1928, Санаторий (Боярка?)

________________________________
*Фруктовый сад Троицкого монастыря (основан в 70-х годах XVII века) в Чернигове.
**Колокольня Троицкого монастыря (1771–1775, барокко, высота 58 м.).