Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

14 декабря. Михаил Лермонтов

14 декабря 1839 года цензоры А. Никитенко и С. Куторга разрешили "Отечественные записки", т. VII, N 12, где в отд. III, за подписью "М. Лермонтов" были напечатаны эти два больших стихотворения:


ДАРЫ ТЕРЕКА

Терек воет, дик и злобен,
Меж утёсистых громад,
Буре плач его подобен,
Слёзы брызгами летят.
Но, по степи разбегаясь.
Он лукавый принял вид
И, приветливо ласкаясь,
Морю Каспию журчит:

«Расступись, о старец-море,
Дай приют моей волне!
Погулял я на просторе,
Отдохнуть пора бы мне.
Я родился у Казбека,
Вскормлен грудью облаков,
С чуждой властью человека
Вечно спорить был готов.
Я, сынам твоим в забаву,
Разорил родной Дарьял
И валунов, им во славу,
Стадо целое пригнал».

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий стихнул, будто спит,
И опять ласкаясь Терек
Старцу на ухо журчит:

«Я привёз тебе гостинец!
То гостинец не простой:
С поля битвы кабардинец,
Кабардинец удалой.
Он в кольчуге драгоценной,
В налокотниках стальных:
Из Корана стих священный
Писан золотом на них.
Он угрюмо сдвинул брови,
И усов его края
Обагрила знойной крови
Благородная струя;
Взор открытый, безответный,
Полон старою враждой;
По затылку чуб заветный
Вьётся черною космой».

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий дремлет и молчит;
И, волнуясь, буйный Терек
Старцу снова говорит:

«Слушай, дядя: дар бесценный!
Что другие все дары?
Но его от всей вселенной
Я таил до сей поры.
Я примчу к тебе с волнами
Труп казачки молодой,
С томно-бледными плечами,
С светло-русою косой.
Грустен лик её туманный
Взор так тихо, сладко спит,
А на грудь из малой раны
Струйка алая бежит.
По красотке-молодице
Не тоскует над рекой
Лишь один во всей станице
Казачина гребенской.
Оседлал он вороного
И в горах, в ночном бою,
На кинжал чеченца злого
Сложит голову свою».

Замолчал поток сердитый,
И над ним, как снег бела,
Голова с косой размытой,
Колыхаяся всплыла.

И старик во блеске власти
Встал, могучий как гроза,
И оделись влагой страсти
Тёмно-синие глаза.

Он взыграл, веселья полный, —
И в объятия свои
Набегающие волны
Принял с ропотом любви.



ПАМЯТИ А. И. О‹доевско›ГО

‎ Я знал его: мы странствовали с ним
‎ В горах Востока, и тоску изгнанья
‎ Делили дружно; но к полям родным
‎ Вернулся я, и время испытанья
‎ Промчалося законной чередой,
‎ А он не дождался́ минуты сладкой:
‎ Под бедною походною палаткой
‎ Болезнь его сразила, и с собой
‎ В могилу он унёс летучий рой
Ещё незрелых, тёмных вдохновений,
Обманутых надежд и горьких сожалений!

‎ Он был рождён для них, для тех надежд,
‎ Поэзии и счастья… Но, безумный,
‎ Из детских рано вырвался одежд
‎ И сердце бросил в море жизни шумной,
‎ И свет не пощадил — и бог не спас!
‎ Но до конца среди волнений трудных,
‎ В толпе людской и средь пустынь безлюдных
‎ В нём тихий пламень чувства не угас:
Он сохранил и блеск лазурных глаз,
‎ И звонкий детский смех, и речь живую,
И веру гордую в людей и жизнь иную.

‎ Но он погиб далёко от друзей…
‎ Мир сердцу твоему, мой милый Саша!
‎ Покрытое землёй чужих полей,
‎ Пусть тихо спит оно, как дружба наша
‎ В немом кладби́ще памяти моей!
‎ Ты умер, как и многие, без шума,
‎ Но с твёрдостью. Таинственная дума
Ещё блуждала на челе твоём,
‎ Когда глаза закрылись вечным сном;
‎ И то, что ты сказал перед кончиной,
Из слушавших тебя не понял ни единый…

‎ И было ль то привет стране родной,
‎ Названье ли оставленного друга,
‎ Или тоска по жизни молодой,
‎ Иль просто крик последнего недуга, —
‎ Кто скажет нам?.. Твоих последних слов
‎ Глубокое и горькое значенье
Потеряно. Дела твои, и мненья,
‎ И думы — всё исчезло без следов,
‎ Как легкий пар вечерних облаков:
‎ Едва блеснут, их ветер вновь уносит —
Куда они? зачем? откуда? — кто их спросит…

‎ И после их на небе нет следа,
‎ Как от любви ребёнка безнадежной,
‎ Как от мечты, которой никогда
‎ Он не вверял заботам дружбы нежной…
‎ Что за нужда?.. Пускай забудет свет
Столь чуждое ему существованье:
‎ Зачем тебе венцы его вниманья
‎ И терния пустых его клевет?
‎ Ты не служил ему. Ты с юных лет
‎ Коварные его отвергнул цепи:
Любил ты моря шум, молчанье синей степи

‎ И мрачных гор зубчатые хребты…
‎ И вкруг твоей могилы неизвестной
‎ Всё, чем при жизни радовался ты,
‎ Судьба соединила так чудесно:
60 ‎ Немая степь синеет и венцом
‎ Серебряным Кавказ её объемлет;
‎ Над морем он, нахмурясь, тихо дремлет,
‎ Как великан склонившись над щитом,
‎ Рассказам волн кочующих внимая,
А море Чёрное шумит не умолкая.


1839


Примечание. Александр Одоевский скончался 15 августа 1839 года на Черноморском побережье.
Tags: 14, 14 декабря, 1839, 19 век, Михаил Лермонтов, декабрь, классика, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments