Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Category:

В день рождения Николая Глазкова (1919 - 1979)

Начну с трех его стихотворений.

* * *
Я сам себе корежу жизнь,
Валяя дурака.
От моря лжи до поля ржи
Дорога далека.
Но жизнь моя такое что,
В какой тупик зашла?
Она не то, не то, не то,
Чем быть она должна.
Жаль дней, которые минуют,
Бесследьем разозля,
И гибнут тысячи минут,
Который раз зазря.
Но хорошо, что солнце жжет
А стих предельно сжат,
И хорошо, что колос желт
Накануне жатв.
И хорошо, что будет хлеб,
Когда его сберут,
И хорошо, что были НЭП,
И Вавилон, и Брут.
И телеграфные столбы
Идут куда-то вдаль.
Прошедшее жалеть стал бы,
Да ничего не жаль.
Я к цели не пришел еще,
Идти надо века.
Дорога — это хорошо,
Дорога далека.


1941 — 1942

* * *
Куда спешим? Чего мы ищем?
Какого мы хотим пожара?
Был Хлебников. Он умер нищим,
Но Председателем Земшара.
Стал я. На Хлебникова очень,
Как говорили мне, похожий:
В делах бессмыслен, в мыслях точен,
Однако не такой хороший.
Пусть я ленивый, неупрямый,
Но все равно согласен с Марксом:
В истории что было драмой,
То может повториться фарсом.


1945


* * *
Пусть будет эта повесть
Написана всерьез
О людях тех, чья совесть
Чиста, как Дед Мороз.
Один из них пропойца,
По пьянству богатырь,
И светит ярче солнца
Его душе бутыль.
Чтоб водка вместо чая
Струилась как река,
Он пропил все, включая
И друга, и врага.
И в день веселый мая
Привел меня туда:
Одна стена прямая,
Другая — как дуга.
От края и до края
Примерно два шага.
И комната такая
Не очень велика.
Однако очень славно,
Не ведая забот,
Там девочка Светлана
Безвыездно живет.
Она провоевала
Число иных годов
И видела немало
Людей и городов.
По Западной Европе
Поездила она.
Хранятся в гардеробе
Медали, ордена…
Я это понимаю,
Хоть сам не бил врага…
Одна стена прямая,
Другая — как дуга.
И свет не льется яркий,
Окно затемнено.
Под Триумфальной аркой
Запрятано оно.
И лампочка мигает
Всего в пятнадцать свеч,
Но это не мешает
Веселью наших встреч.
Мы курим, дым вздымая
Почти до потолка.
Одна стена прямая,
Другая — как дуга.


1950, Николай Глазков


А теперь стихотворение Бориса Слуцкого


КОЛЯ ГЛАЗКОВ

Это Коля Глазков. Это Коля,
шумный, как перемена в школе,
тихий, как контрольная в классе,
к детской
принадлежащий
расе.
Это Коля, брошенный нами
в час поспешнейшего отъезда
из страны, над которой знамя
развевается
нашего детства.
Детство, отрочество, юность –
всю трилогию Льва Толстого,
что ни вспомню, куда ни сунусь,
вижу Колю снова и снова.
Отвезли от него эшелоны,
роты маршевые
отмаршировали.
Все мы – перевалили словно.
Он остался на перевале.
Он состарился, обородател,
свой тук-тук долдонит, как дятел,
только слышат его едва ли.
Он остался на перевале.
Кто спустился к большим успехам,
а кого – поминай как звали!
Только он никуда не съехал.
Он остался на перевале.
Он остался на перевале.
Обогнали? Нет, обогнули.
Сколько мы у него воровали,
а всего мы не утянули.
Скинемся, товарищи, что ли?
Каждый пусть по камешку выдаст!
И поставим памятник Коле.
Пусть его при жизни увидит.


1973
Tags: 1942, 1945, 1950, 1973, 20 век, 30, 30 января, Борис Слуцкий, Николай Глазков, день рождения, стихи, стихи нашего времени, январь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments