Vladimir Azart Владимир Азарт (vazart) wrote,
Vladimir Azart Владимир Азарт
vazart

Categories:

В юбилей Дмитрия Голубкова (1930 - 1972)

моя подборка его стихов.

20 ВЕК

                 Н.Манделю <Коржавину>

Все меньше свежести и бодрости,
Все больше фальши и бодрячества.
Искариот воскреснет вскорости,
Закон Христа исчезнет начисто.
И на заре юнцы весенние —
Экипированы, откормлены —
Припомнят не стихотворения,
А обывательщины формулы.
И позабудется голодная,
Мятущаяся мира молодость,
И пресыщенья степь бесплодная
Остудит мир дыханьем холода.
И дерево цвести раздумает,
Опустит долу ветви голые.
Задуют на небе звезду мою
Ветра — угрюмые, веселые…
Все больше на планете холода,
Все меньше сердца и гармонии.
И солнце, как фонарь, расколото,
И ночи все черней, бездоннее,
Все больше лживого и грязного,
Все меньше чистоты и свежести…
Но мы не станем труса праздновать,
Не будем пьянствовать и вешаться.
Зажженный свет не спрячем в ямины,
На современность злобно сетуя —
Раздуем солнца уголь пламенный
Над остывающей планетою!


Апрель 1957 г.



ЗА ГОРОДОМ

Озера черной воды.
Простуженный крик петухов.
Нахмуренные сады…
Пейзаж предвесенний готов.

Было белое поле –
Нежное, снежное, свежее.
Было сиянья вволю,
Дорога лежала проезжая.
А нынче в сплошных озерах
Тонут со всхлипом калоши…

Зеленые искры скоро
Ожгут проталин ладоши.
И выйдет в лиловый двор
Хозяйка комнат весенних,
Развесит румяный ковер,
Вынесет желтый веник.
И, закатав рукава,
Солнышку подмигнет.
Глянет – блестит трава –
Там, где дотаял лед!

Присядет, подует – неслышно,
(Чтобы не испугать…)

Хоть бы скорей она вышла
Зеленый пожар раздувать!




ПРИЗВАНИЕ

Не к чему лепиться, нет любви другой,
Кроме этой страсти, странно дорогой.
Лишь шероховатость белого листа,
Голая, как небо, ширь и темнота.
Только этой хворью склёван до кости.
Только с этой ношей до конца брести.

Да, не в радость этот тягостный недуг.
Всё, что сочинится, отошнеет вдруг,
Написал - и к чёрту: позабыть скорей.
Наизусть не помню ни строки своей.
И когда читает кто-нибудь при мне
То, что я исторгнул в гулкой тишине, -
Тщусь прикрыть руками стыд и боль свою,
Точно голый, в язвах, на людях стою...

Дара нет ни строить, ни плясать, ни красть.
Пусто за душою - только эта страсть.
Да и страсть ли это? Вялая болесть:
Через пень колоду всё куда-то лезть,
Никнуть от безверья, падать и плестись
И в чужие двери в сумерках скрестись...

Вдруг - всем телом вздрогнул, ощутив толчок -
Словно ток высокий стукнул, поволок,
Распрямил, и поднял, и в глаза блеснул,
Синевой небесной сердце полоснул.


***
Пиши, пока судьба прищучит,
Пиши, когда тоска измучит
Иль скука поедом заест.
Рванись – как тот холоп сбежавший,
В кружале царском задолжавший,
С гайтана рвёт нательный крест.

Пусть карандаш твой – как бульдозер,
Что до потёмок проелозил,
В тайге ведя упорный путь,
Бредёт настырно по бумаге,
Берёт и сопки и овраги,
Ища в хаосе свет и суть.

Дорогу, ясную когда-то,
Глушит ольха, осот усатый;
Скудеет рек могучих прыть.
И надо снова рыть каналы,
И город городить сначала,
И узел гордиев рубить.

Не горбись –
Береги фигуру!
Люби не почести,
Но честь.
Пиши улыбчиво и хмуро.
И ясно –
Чтоб могли прочесть.




***
Не отрекусь от тебя и не брошу,
Лес мой осенний,
Дворец мой разграбленный;
Буду делить эту нищую нишу
С голой рябиною, с дикою яблоней.

В зелень чурёмуха белая билась,
Глохнул овраг от дроздового гомона…
Майская кипень опала, забылась,
Таволга августовская поломана.
Каплет туман, осыпаются листья,
Тишь по ложбинам скопляется гулкая…
Выстрел.
В низине, осклизлой и мглистой,
Стынет сосед мой с курковою тулкою.
Ждёт меня,
свищет в манок свой сипящий,
Целится в блёклую высь озабоченно…
Но не могу убивать в этой чаще,
В сирых покоях покинутой вотчины.
Пусть даже сам упаду среди сосен
Возле гнезда разорённого птичьего,
Пусть погружусь в эту гиблую осень,
Сваленный пулей слепого добытчика –
Пусть что угодно.
Но только не брошу
И не предам за любые дарения
Лес мой, охваченный смертною дрожью,
Эту больную природу осеннюю.




БОРАТЫНСКИЙ - ГАМЛЕТ 72

«Он умер мирно, в сорок с лишним лет.
Не на дуэли, не на эшафоте…»
О документы! Мнится мне — вы лжете.
Не мирно он покинул этот свет.
«Все мысль да мысль…» Он это знал, поэт:
Мысль стужею мертвила песнь в полете.
Но века суть, как сердце в тучной плоти,
Ум настигал — отмстительный стилет.
Благонамерен Греч и благодарен,
Подачками осыпан льстец — Булгарин,
И Кукольник хвалу царям трубит…
А Дельвиг мертв. И Лермонтов убит.
И трупный запах времени угарен
И, как клинок Лаэрта, ядовит.

Tags: 19, 19 мая, 1957, 1972, 20 век, Дмитрий Голубков, день рождения, май, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments