4 сентября. Владимир Строчков
А быт неустойчив, он только усидчив,
он делает вид, что не видит греха,
но там, где истерся веселенький ситчик,
грязцой подноготной сочится труха.
Прищемленный год вылущается ногтем,
и время от времени время встает,
жужжа на щемящей прихлопнутой ноте,
со счетчиком в доле считая старье.
Сипит электричество в вынутых жилах,
и вором в законе гуляет сквозняк,
жилье заплывает натопленным жиром,
и ползает сыто по будням возня.
Отдельною жизнью живет выключатель,
транжиря распад, экономя гроши.
Шуршит таракана племянник внучатый,
и муха на муху привычно грешит.
Обычное дело, приличная скука,
субботняя одурь, воскресная блажь.
Чадит телевизор, и жареным луком
свистит сковородка коричневый марш.
Ножом полоснувши от уха до уха,
рыдает зевота; бормочет живот;
обвал унитаза, облава, проруха,
прореха, непруха, уют, эшафот.
04.09.1986 года, Уютное.
он делает вид, что не видит греха,
но там, где истерся веселенький ситчик,
грязцой подноготной сочится труха.
Прищемленный год вылущается ногтем,
и время от времени время встает,
жужжа на щемящей прихлопнутой ноте,
со счетчиком в доле считая старье.
Сипит электричество в вынутых жилах,
и вором в законе гуляет сквозняк,
жилье заплывает натопленным жиром,
и ползает сыто по будням возня.
Отдельною жизнью живет выключатель,
транжиря распад, экономя гроши.
Шуршит таракана племянник внучатый,
и муха на муху привычно грешит.
Обычное дело, приличная скука,
субботняя одурь, воскресная блажь.
Чадит телевизор, и жареным луком
свистит сковородка коричневый марш.
Ножом полоснувши от уха до уха,
рыдает зевота; бормочет живот;
обвал унитаза, облава, проруха,
прореха, непруха, уют, эшафот.
04.09.1986 года, Уютное.