17 декабря. Сергей Петров
стихи разных лет.
***
Зима заходит злобной злюкой,
трясет седою головой.
Стучи клюкой и улюлюкай
и подымай собачий вой!
Пусть снег трещит, черствеют избы,
зубами щелкают замки!
И до смерти мороз загрыз бы
всю деревушку от тоски.
Закован я, но не заколот.
Как беды, годы пронесло.
И даже в этот чертов холод
в избе, как на душе, тепло.
17 декабря 1945
ПРОСТО ПРАЗДНИК
На лужок в разгаре пляса,
на простор и стар и млад
повалили, точат лясы,
а ладони плещут в лад.
Вдоль по улице пригожей
разливаются весной.
Погляди на нас, прохожий!
Полюбуйся, мир честной!
Пир чужой - мое похмелье.
Ухмыляется земля.
Краснорожее веселье
пишет сдуру кренделя.
И пугаюсь песни звонкой,
но не петь которой жаль;
пробирается сторонкой
вислогубая печаль.
И в глазах мелькают мошки,
и потеют платья дев,
надрываются гармошки,
стонут глотки, озверев.
Брань на вороту не виснет,
и уж так заведено,
что веселье даром киснет,
а печаль глушит вино.
Неужели так и жили,
чтоб печали не любить,
и точили не ножи ли,
а не лясы во всю прыть?
Свадьба или праздник просто?
Грозной радости не тронь!
Олух каменного роста
тащит за бока гармонь.
И, обнявшись у столба с ней,
он божественно блюет,
так что песня страшной басней,
злобной басней отдает.
30 января 1950 -17 декабря 1965
* * *
Ни головою, ни хвостом не хвастай,
ни в зуб копытом, мой любезный бес,
а спи с надеждой этакой гривастой –
авось проспишь и царствие небес.
В основу жизни положив надежду,
как под себя, лежи с ней на цепи
между сумнения и между прочим между,
терпи любовь и в нетерпеньи спи,
пока отчаянье, соседствуя за стенкой,
не застучит капризно кулачком, –
а ты, мой бес бесценный, этой сценкой
потешившись, отделайся молчком.
Забудь о старой стрекозе-соседке,
не вспоминай ее стократные глаза,
а выглянет, так дай во все фасетки
спокойного здорового раза.
Так вот и просуществуешь в общежитии земного шара!
17–20 декабря 1976
***
Зима заходит злобной злюкой,
трясет седою головой.
Стучи клюкой и улюлюкай
и подымай собачий вой!
Пусть снег трещит, черствеют избы,
зубами щелкают замки!
И до смерти мороз загрыз бы
всю деревушку от тоски.
Закован я, но не заколот.
Как беды, годы пронесло.
И даже в этот чертов холод
в избе, как на душе, тепло.
17 декабря 1945
ПРОСТО ПРАЗДНИК
На лужок в разгаре пляса,
на простор и стар и млад
повалили, точат лясы,
а ладони плещут в лад.
Вдоль по улице пригожей
разливаются весной.
Погляди на нас, прохожий!
Полюбуйся, мир честной!
Пир чужой - мое похмелье.
Ухмыляется земля.
Краснорожее веселье
пишет сдуру кренделя.
И пугаюсь песни звонкой,
но не петь которой жаль;
пробирается сторонкой
вислогубая печаль.
И в глазах мелькают мошки,
и потеют платья дев,
надрываются гармошки,
стонут глотки, озверев.
Брань на вороту не виснет,
и уж так заведено,
что веселье даром киснет,
а печаль глушит вино.
Неужели так и жили,
чтоб печали не любить,
и точили не ножи ли,
а не лясы во всю прыть?
Свадьба или праздник просто?
Грозной радости не тронь!
Олух каменного роста
тащит за бока гармонь.
И, обнявшись у столба с ней,
он божественно блюет,
так что песня страшной басней,
злобной басней отдает.
30 января 1950 -17 декабря 1965
* * *
Ни головою, ни хвостом не хвастай,
ни в зуб копытом, мой любезный бес,
а спи с надеждой этакой гривастой –
авось проспишь и царствие небес.
В основу жизни положив надежду,
как под себя, лежи с ней на цепи
между сумнения и между прочим между,
терпи любовь и в нетерпеньи спи,
пока отчаянье, соседствуя за стенкой,
не застучит капризно кулачком, –
а ты, мой бес бесценный, этой сценкой
потешившись, отделайся молчком.
Забудь о старой стрекозе-соседке,
не вспоминай ее стократные глаза,
а выглянет, так дай во все фасетки
спокойного здорового раза.
Так вот и просуществуешь в общежитии земного шара!
17–20 декабря 1976