1926 года, написанные по разные стороны границы России. ПОЛУСТАНОК За ёлками, да под низким небом Проходят на север поезда. Столбовая дорога от нас налево, Направо – курятник в снегу и звезда. Здесь зимуют цыгане, здесь конокрады, Снимая башлыки, садятся за стол, И слышно: идёт скорый мимо сада, Так, что звенят стёкла и дрожит пол. На миг фонари в летящих снежинках, Два-три окна и жёлтый пар, Да красный фонарик на самом последнем, И снова снег, и деревянный тротуар, Вот и всё. – А много вздору, Иногда чаёк, иногда поём, Иногда так себе – меж разговору – Кого-нибудь ножичком полоснём. 22 декабрям 1926, Игорь Юрков. ВАНЯ, ДИТЯ ЭМИГРАНТСКОЕ Спи, мой отпрыск! Спи, урод! Скоро будет Новый год, Он кончается на семь, Значит, счастье будет всем. Почему да почему? Так уж велено ему! А чрез двести—триста лет, Как сказал один поэт, Еще легче будет жить, Значит, нечего тужить! Если ж клоп не будет спать, Если будет приставать, Почему, да отчего, Так не будет ничего. Спи покуда—подрастешь, Все решительно поймешь. À не то придет ажан: «Где шоферский мальчик Жан, А подать его сюда!» Что поделаешь тогда?! А потом придет отец, Скажет: «Где мой молодец? Почему пуста кровать?» Что я стану отвечать?! ... Ваня слушал и сопел, А потом не утерпел, Стал во весь свой Ванин рост И бесхитростен, и прост, Вкусен, сдобен, как бриош, Отчеканил маме: врешь!.. «У ажанов есть семья, Для чего ж ажану я, Разве он такой злодей, Чтоб хватать чужих детей?.. Если ж он кладет их спать, Как он может охранять Все квартиры и дома, Как учила ты сама? Если ж ты такая мать, Чтоб ребенков отдавать, Так зачем же их родить, Огород лишь городить?!» И, сказав свой первый спич, Вкусный, сдобный, как кулич, На подушки соскользнул, Повертелся и уснул... Что испытывала мать, Сами можете понять, А не можете, увы! Холостые, значит, вы... 1926, Дон-Аминадо,впервые - Последние новости (Париж), 22 декабря, 1926.