20 июня. Сергей Петров
стихи разных лет.
* * *
Поднимается вечер. Печалью чаруя,
тишина обдает холодком нежилым.
И опять на крыльцо выхожу ввечеру я
дать душе подышать небывалым былым.
Далеко за рекой подымается дым,
и легки, словно тихие тени над Летой,
так и манят туманы. В тоске тростники,
и чернеют грехами в цепях челноки.
Как же вброд перейти необъятное лето?
Поднимается ветер. От смертной реки
отрекись, от реки этой вечно-вечерней!
Как же лето, жалея былое, прожить
и куда же бежать от печали дочерней,
от кручины природы? На чем ворожить
ей о девичьем роке?
Как стог, ворошить
начинаю я волосы. Кружатся ивы.
Поднимается ветер, и тучи в стога
собирает и мечет он трудолюбиво,
и в тяжелых стогах не бегут берега.
И былое мечу я в огромную копну,
и примну его сердцем, ладошкой прихлопну.
Поднимается ветер и тучи стожит…
Поднимается вечер, и день пережит.
И меня – сколько ты ни хитри, – старожила,
на дорожке постылая грусть сторожит,
как не раз, и не два, и не три сторожила,
поднимаясь навстречу с пенечка, – и вот
возвращаюсь я к чаю из мертвого мира.
Поднимается дождь, и за мною идет
мелкий вечер по капелькам, скудно и сиро
20 июня 1942 – 1961
* * *
И взглянет невзначай она,
посмотрит наугад она:
люблю-де я нечаянно,
нежданно и негаданно.
Уйду от ней верст за сто я.
Ни зги нет! След от счастьица.
Но все-таки глазастая
не сгинет и не застится.
20 июня 1962
* * *
Он жил уверенно и плотно
и научился жизни кроткой –
быть наготове беззаботно
расстаться с нею, как с кокоткой.
20 июня 1967
* * *
Поднимается вечер. Печалью чаруя,
тишина обдает холодком нежилым.
И опять на крыльцо выхожу ввечеру я
дать душе подышать небывалым былым.
Далеко за рекой подымается дым,
и легки, словно тихие тени над Летой,
так и манят туманы. В тоске тростники,
и чернеют грехами в цепях челноки.
Как же вброд перейти необъятное лето?
Поднимается ветер. От смертной реки
отрекись, от реки этой вечно-вечерней!
Как же лето, жалея былое, прожить
и куда же бежать от печали дочерней,
от кручины природы? На чем ворожить
ей о девичьем роке?
Как стог, ворошить
начинаю я волосы. Кружатся ивы.
Поднимается ветер, и тучи в стога
собирает и мечет он трудолюбиво,
и в тяжелых стогах не бегут берега.
И былое мечу я в огромную копну,
и примну его сердцем, ладошкой прихлопну.
Поднимается ветер и тучи стожит…
Поднимается вечер, и день пережит.
И меня – сколько ты ни хитри, – старожила,
на дорожке постылая грусть сторожит,
как не раз, и не два, и не три сторожила,
поднимаясь навстречу с пенечка, – и вот
возвращаюсь я к чаю из мертвого мира.
Поднимается дождь, и за мною идет
мелкий вечер по капелькам, скудно и сиро
20 июня 1942 – 1961
* * *
И взглянет невзначай она,
посмотрит наугад она:
люблю-де я нечаянно,
нежданно и негаданно.
Уйду от ней верст за сто я.
Ни зги нет! След от счастьица.
Но все-таки глазастая
не сгинет и не застится.
20 июня 1962
* * *
Он жил уверенно и плотно
и научился жизни кроткой –
быть наготове беззаботно
расстаться с нею, как с кокоткой.
20 июня 1967