8 ноября. Пара стихов 1927 года
Дон-Аминадо, Игорь Юрков.
ЧЕХОВСКИЙ ГЕНЕРАЛ НА СОВЕТСКОЙ СВАДЬБЕ
И пусть республика человеческих пчел
наполнит небо музыкой своих крыльев
и благоуханием золотого меда...
Юбилейное письмо Ромена Роллана
И имя у вас вне сомнения,
И фамилия не плоха.
А вот насчет поздравления,
Извините! — Чепуха.
Вы звездные миры числите,
Витаете в этих мирах.
Но что вы, ей-Богу, смыслите
В русских делах?
Я понимаю: вы грезите,
Впадаете в радость, в грусть,
Но куда вы, Господи, лезете
Вплавь и наизусть?
Положительно, мир становится,
Как пятачок, стерт.
Есть, знаете ли, пословица:
Младенец и черт.
Горе, ежели свяжутся
Один и другой.
Как это вам кажется,
Мосье, дорогой?..
Чубаровская публика,
Подвыпивший комсомол,
Это, по-вашему, республика
Человеческих пчел?..
Между расстрелами и насильями
Со всех сторон,
Это они производят крыльями
Музыкальный звон?!
Неумолкающий, изрыгающий
Свинец пулемет,
Это, что ль, благоухающий
Пчелиный мед?!
Эх, вы, многое могущий,
Мосье Роллан!..
Писали бы вы лучше
Свой роман,
Спокойное свое занятие
Продолжали бы всласть!..
Воображаю этих облупленных
Предводителей масс,
Торжественных и насупленных,
Как провинциальный бас,
Которому от бенефисного
Восторга в дар
Взяли, мол, да и тиснули
Монограмку из портсигар!..
...Многое уж мы пережили,
И это переживем.
Потому, друзья мои, ежели
В положении своем
Станем по каждому случаю
Желчь разливать,
Так и нашей, многотекучей,
Может желчи не стать!..
1927, Дон-Аминадо. первая публикация: Последние новости (Париж) от 8 ноября 1927
Написано в связи с ответом французского писателя Ромена Роллана на приглашение в СССР по случаю 10-й годовщины Октябрьской революции. Эпиграф—заключительные слова Р. Роллана в «Ответе на приглашение ВОКСА присутствовать на праздновании десятой годовщины Октябрьской революции».
ЭМИГРАНТ
На ущербе луна,
Высоко… Высоко…
Не отзовётся
В такую тишь.
В моих занавесках
Она легко
Летит над горбами
Соседних крыш.
Только видишь:
Паруса и листы.
Слышишь в саду
Долгий спор. –
Всей высоты,
Всей широты
Не может похитить
Ни сон, ни вор.
И вот, пробираясь,
Шурша в листах,
Будто спьяна
(И вправду пьян!),
Видишь в окнах:
Сидят при свечах,
Слышишь:
Они поют «Шарабан»:
«Моя машинка,
Мой шарабан,
Мундир сносился,
Патронов нет,
По ровному тракту
Штыки и туман,
И впереди –
Белый свет.
Хоть ты, девчонка,
Была бойка,
Но дотащиться
Не стало сил.
Видно, дорога
Далека –
Волки не съели,
Так штык добил.
Мундир сносился,
Стёрся погон.
Мимо вёрст,
деревень
и дорог
Спешат враги –
Эшелон… эшелон…
Счастлив, видно,
Новый Бог!
Куда мне деться?
Куда идти?
России, наверно,
Всё равно.
У неё, должно быть,
Свои пути:
Ногой – в кабак,*
Другой – в говно…
Эх, шарабан,
Мой шарабан,
Как видно, осень
Нас проняла.
Пойдём, поищем
В серый туман
Другой страны,
Другого тепла».
8 ноября 1927, Игорь Юрков.
ЧЕХОВСКИЙ ГЕНЕРАЛ НА СОВЕТСКОЙ СВАДЬБЕ
И пусть республика человеческих пчел
наполнит небо музыкой своих крыльев
и благоуханием золотого меда...
Юбилейное письмо Ромена Роллана
И имя у вас вне сомнения,
И фамилия не плоха.
А вот насчет поздравления,
Извините! — Чепуха.
Вы звездные миры числите,
Витаете в этих мирах.
Но что вы, ей-Богу, смыслите
В русских делах?
Я понимаю: вы грезите,
Впадаете в радость, в грусть,
Но куда вы, Господи, лезете
Вплавь и наизусть?
Положительно, мир становится,
Как пятачок, стерт.
Есть, знаете ли, пословица:
Младенец и черт.
Горе, ежели свяжутся
Один и другой.
Как это вам кажется,
Мосье, дорогой?..
Чубаровская публика,
Подвыпивший комсомол,
Это, по-вашему, республика
Человеческих пчел?..
Между расстрелами и насильями
Со всех сторон,
Это они производят крыльями
Музыкальный звон?!
Неумолкающий, изрыгающий
Свинец пулемет,
Это, что ль, благоухающий
Пчелиный мед?!
Эх, вы, многое могущий,
Мосье Роллан!..
Писали бы вы лучше
Свой роман,
Спокойное свое занятие
Продолжали бы всласть!..
Воображаю этих облупленных
Предводителей масс,
Торжественных и насупленных,
Как провинциальный бас,
Которому от бенефисного
Восторга в дар
Взяли, мол, да и тиснули
Монограмку из портсигар!..
...Многое уж мы пережили,
И это переживем.
Потому, друзья мои, ежели
В положении своем
Станем по каждому случаю
Желчь разливать,
Так и нашей, многотекучей,
Может желчи не стать!..
1927, Дон-Аминадо. первая публикация: Последние новости (Париж) от 8 ноября 1927
Написано в связи с ответом французского писателя Ромена Роллана на приглашение в СССР по случаю 10-й годовщины Октябрьской революции. Эпиграф—заключительные слова Р. Роллана в «Ответе на приглашение ВОКСА присутствовать на праздновании десятой годовщины Октябрьской революции».
ЭМИГРАНТ
На ущербе луна,
Высоко… Высоко…
Не отзовётся
В такую тишь.
В моих занавесках
Она легко
Летит над горбами
Соседних крыш.
Только видишь:
Паруса и листы.
Слышишь в саду
Долгий спор. –
Всей высоты,
Всей широты
Не может похитить
Ни сон, ни вор.
И вот, пробираясь,
Шурша в листах,
Будто спьяна
(И вправду пьян!),
Видишь в окнах:
Сидят при свечах,
Слышишь:
Они поют «Шарабан»:
«Моя машинка,
Мой шарабан,
Мундир сносился,
Патронов нет,
По ровному тракту
Штыки и туман,
И впереди –
Белый свет.
Хоть ты, девчонка,
Была бойка,
Но дотащиться
Не стало сил.
Видно, дорога
Далека –
Волки не съели,
Так штык добил.
Мундир сносился,
Стёрся погон.
Мимо вёрст,
деревень
и дорог
Спешат враги –
Эшелон… эшелон…
Счастлив, видно,
Новый Бог!
Куда мне деться?
Куда идти?
России, наверно,
Всё равно.
У неё, должно быть,
Свои пути:
Ногой – в кабак,*
Другой – в говно…
Эх, шарабан,
Мой шарабан,
Как видно, осень
Нас проняла.
Пойдём, поищем
В серый туман
Другой страны,
Другого тепла».
8 ноября 1927, Игорь Юрков.